«Обнажённый» город. Провинциальный урбанизм — между джентрификацией и аутентичностью

Правильный баланс между прошлым и будущим любого города следует искать не столько в архитектуре и дизайне, сколько в сфере отношений между людьми. Субъективные заметки по поводу форума «Модуль Медиа — Город в фокусе визуальных коммуникаций», организованного Череповецким университетом.

Фото: gorodche.ru/cultinfo.ru

«Всегда холодно»

Автору этих строк запомнились две презентации, показанные в ходе круглого стола на тему «Город глазами дизайнеров», которые, на мой взгляд, отражают два основных подхода к воздействию на городское сообщество через изменения в городской среде. Проблема весьма актуальная не только для Череповца и Вологды, но и для многих других больших и малых городов российской провинции, испытывающих интенсивный отток молодого населения.

Один такой подход отчётливо прозвучал в выступлении череповчанина Кирилла Кругликова, назвавшего себя «урбанистом-любителем» и предложившего способ активного преобразования городской среды, позволяющего актуализировать, осовременить общественные пространства.

Презентация Кругликова представляла собой настоящий калейдоскоп уже реализованных, в разных городах инициатив — от граффити на трансформаторных будках до вариантов модульного обустройства пустующих площадей. Инициатив, безусловно, ярких, но плохо проанализированных, «непереваренных». Из-за чего складывалось общее впечатление, что на первом месте стоит сама «движуха», в которой происходит мгновенная самореализация участников, энтузиазм которых можно поддерживать только бесконечной генерацией всё новых и новых инициатив.

Наверное, не случайно Кирилл апеллировал к опыту различных федеральных фондов и движений, невольно подчёркивая этим, что сама по себе конкретная городская среда, испытывающая на себе воздействие энтузиастов-урбанистов — вторична, её аутентичность не важна, важны преобразования.

На самом деле это «неформальная» разновидность всё той же «урбанины», включающей в себя процессы джентрификации, реновации, редевелопмента и прочих, выгодных капиталу процессов, которая, как можно понять, кажется сегодня руководству многих российских городов актуальной. Кажется, что таким образом удастся привлечь в город (или удержать в нём) «людей с деньгами», вдохнув в него новую жизнь. Но, как показывает опыт подобной практики в городах Запада, такие процессы, привлекая одни категории населения, неизбежно вытесняют из городской среды другие социальные страты жителей, менее защищённые финансово. В какой-то мере это тупиковый путь.

«У них там жизнь»

Презентация вологжанки, координатора градозащитного движения «Настоящая Вологда» Ольги Смирновой сущностно спорила с весьма поверхностным акционизмом Кругликова. Просто потому, что в подходе, который исповедовали коллеги Ольги по движению вологодского «Том Сойер Феста», взявшиеся за косметический ремонт деревянного дома на ул. Благовещенской, 22, главным был всё-таки не столько сам ремонт дома, сколько строительство отношений между участниками по поводу этого ремонта. В это строительство были вовлечены и волонтёры, и жители дома, и спонсоры, и даже городские чиновники.

Трудности, с которыми столкнулся «Сойер Фест», только укрепляли эти отношения так, что не заметить их нельзя было даже со стороны. Как рассказала Смирнова, некий прохожий по этому поводу произнёс замечательную своей афористичной проницательностью фразу: «Они там не просто дом красят. У них там жизнь».

От этой жизни, этих отношений, основанных не на деньгах и не только на энтузиазме самореализации, а в первую очередь на сохранении аутентичности (в том числе и своей собственной) уехать гораздо трудней, чем из города, где «всегда холодно» во всех смыслах. А иногда — просто не хочется.

Ольга Смирнова на самом деле рассказала об одной из форм той самой спонтанной экономики «для людей», о которой в своей новой книге пишет известный американской урбанист Шарон Зукин и которая, по её мнению, в конечном итоге оказывается путеводной нитью, позволяющей найти утраченную душу города. Не важно, будет ли этим городом Нью-Йорк, на примерах которого строит свой рассказ Зукин, или Вологда Смирновой, или «холодный» Череповец Кругликова.

«Когда все города стремятся приобрести один и тот же современный, креативный образ, результатом становится не аутентичность, а угнетающее сходство, не слишком отличающееся — с глобальной точки зрения — от „великого проклятья скуки“, вызывавшего такое презрение у Джекобс», — констатирует Шарон Зукин. Так происходит потому, что во всех глобальных городах запускается один и тот же механизм «создания рынков».

Когда я читаю это, мне вспоминается история со сносом одного из символов череповецкой аутентичности — типового кинотеатра «Киномир» (бывший «Современник»). Обоснованием такого решения были слова о несоответствии здания современным экономическим реалиям — оно, по мнению руководства города, не вписывалось ни в одну из возможных моделей редевелопмента. В результате на месте «Киномира»-«Современника», когда-то вписанного в окружающую среду привокзальной части города, строит легковозводимый и типовой модуль очередного супермаркета «Макси». С его «угнетающим сходством», одинаковым не только в разных районах города, но и в разных городах.

Такая приватизация общественных пространств, поданная как выбор из двух зол, против которой не прозвучало настоящего общественного протеста, есть признак не развития города, а его деградации. И это по-настоящему страшно.

Между тем, яркий пример куда более разумного редевелопмента подаёт нам Москва, где не стали торопиться сносить такие же типовые кинотеатры, которые есть в каждом районе столицы. Им придумали новую жизнь в качестве... фудхоллов — площадок, где разместятся десятки кафе и ресторанов. Идея имеет реальный экономический смысл: вложения в фудхоллы зачастую меньше, чем в полноценный ресторан, а окупаются они быстрее — в среднем за 2–3 года, утверждают эксперты. По их словам, такие проекты привлекают гостей в первую очередь составом операторов, а также возможностью быстро получить авторское блюдо. То есть московские кинотеатры в новом своём качестве сохранят и аутентичность места, и свою объединяющую для местных сообществ роль.

Слова Зукин о том, что экспансия корпоративного капитала только захватом общественных пространств не ограничится, а будет и дальше последовательно вторгаться уже в личную жизни людей, лишая их «права на город», звучат страшным пророчеством для наших городов. Бороться с таким наступлением, полагает автор, можно «создавая новые формы государственно-частного управления, которые бы наделяли местных жителей, трудящихся и владельцев малого бизнеса, а также здания и улицы, правом укорениться и оставаться на одном и том же месте. Так будет достигнут баланс между истоками города и его новыми началами; так возродится душа города».

* Шарон Зукин. «Обнаженный город. Смерть и жизнь аутентичных городских пространств». М.: Изд-во Института Гайдара, 2019. Перевод с английского А. Лазарева и Н. Эдельмана.

Юрий Анушевич
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.