Сказки кукольного дома. Или почему в России не удаётся решить проблему дефицита медицинских кадров
![](/images/stories/8129-b.jpg)
СамолётЪ не один раз писал о проблеме медицинских кадров (особенно — в региональном здравоохранении), существенно более острой и приоритетной, чем вопросы, связанные со строительством ФАПов, ремонтом больниц и приобретение оборудования. Хотя бы потому, что больничные стены и оборудование сами по себе человеку диагноз не поставят и не вылечат.
В Вологодской области решить «краеугольную» медицинскую проблему пытаются давно — программами вроде «Земского доктора», когда за сравнительно большое разовое вознаграждение молодого (и немолодого тоже) специалиста заманивают «на село», где он будет работать какое-то время, пока не потратит «подъёмные». Чиновники же надеются, что этот доктор/фельдшер будет работать долго, смирившись со своей судьбой и запьёт «горькую».
Поскольку острота проблемы не снижается, работает такая схема не очень.
При прежнем главе региона к решению вопроса пытались даже привлечь участников конкурса «Лидеры России». Не очень помогло.
А что помогло бы?
Ответ на этот вопрос на самом деле готовы дать сами медики. Достаточно посмотреть на опросы в профильных пабликах. На первом месте (51% голосов) — низкий уровень заработной платы, который не соответствует рынку труда. На втором (23%) — «пациентский экстремизм», с оскорблениями и даже угрозой жизни, потребительское отношение со стороны пациентов. Следствием первых двух причин становится эмоциональное выгорание (8%). Такие аргументы, как конфликты с руководством (6%) или плохие условия труда (5%) — лишь третьих-четвёртых «ролях».
И если с экстремизмом пациентов в нашем, становящемся всё более агрессивном обществе, что-то поделать трудно. То уж с зарплатой-то, кажется. что-то можно было решить?
Но бывший вологодский губернатор Олег Кувшинников категорически отказывался поднимать зарплату вологодским медикам, полагая, что отраслевые оклады должны устанавливаться министерством здравоохранения.
Врио губернатора Георгий Филимонов с его «новым дыханием» тоже не спешит поднимать зарплату врачам. Хотя и претендует на создание кадровой стратегии вологодского здравоохранения.
Её схему недавно описывал на стратегической сессии в Череповце спикер ЗСО Сергей Жестанников: свой филиал вуза + взаимодействие с медучреждениями + увеличенная (разовая) материальная поддержка молодых медиков в сумме должны приводит к тому, что выпускники филиала и медколледжей будут оставаться в регионе.
Откуда такая уверенность при нерешённом главном вопросе — с зарплатой — непонятно.
А в том, что решить его в рамках существующей системы здравоохранения практически невозможно, убеждает результаты анализа, которому прибегает сама заинтересованная сторона.
Медиков уже не убеждают ритуально-громкие заявления депутатов Госдумы и СПЧ о желании обеспечить им нормальную заработную плату. Они, медики, знают по опыту, что всё сведётся к широко освещаемым контрольным мероприятиям, которыми невозможно решить проблему хронической финансовой задолженности практически всех госбольниц из-за дефицитных тарифов на оказание медицинской помощи и хронического дефицита средств ОМС относительно заявленных обязательств.
Но зафиксировать на федеральном уровне абсолютное значение зарплаты врача — и выплачивать её, пусть с разбивкой по регионам, по стажу, по занимаемым ставкам — но прозрачно, как того желал упомянутый экс-губернатор Кувшинников, нельзя не потому, что денег не хватает. На зарплату их как раз наскрести можно было бы.
Слово «нельзя», полагает специализированный телеграм-канал «Субъективный оргздрав», носит по-настоящему «стратегический» характер. И перешибает собой, кажется, любую местечковую стратегию. «Нельзя» не только установить прозрачные правила выплаты приемлемой зарплаты, но просто узнать, сколько медицинская организация получит за лечение одного пациента с конкретным заболеванием — да и организация это сделает с большими трудностями.
Основная причина в том, что прозрачность расходов неизбежно создаст условия для прозрачности оценок.
То есть врачи вместе с пациентами смогут сами (о, ужас!) вручную оценить — что может, а что не может входить в тариф лечения, понять, на сколько случаев предельно рассчитан бюджет фонда ОМС, и так далее...
В таком случае любой главврач сможет сменить верноподданическую позу просителя со склонённой перед чиновниками головой на более сильную позицию человека, вооружённого фактами и цифрами конкретных недостач и задающего конкретные вопросы: где, сколько, когда и в каком объёме?
А ещё в ответ на абстрактный, но очень распространённый аргумент — «объёмы медицинской помощи исчерпаны» — можно поинтересоваться, «почему, собственно, вы их решили исчерпать на мне лично, по какому такому праву?»
«Правовая неопределённость — одно из важнейших свойств нынешней нашей системы здравоохранения, — справедливо отмечает „Субъективный оргздрав“. — Оно позволяет руководителям системы жонглировать ролями и позициями в зависимости от конкретной тактической ситуации и выстраивать наименее рисковую для них стратегию поведения. Эта проблема далеко выходит за рамки финансирования и распространяется на всю организацию здравоохранения. И пока что попыток её решать не происходит — за исключением тех, что связаны с судебной практикой по отдельным прецедентам — не имеющим, впрочем, большого стратегического значения на принятия решений в системе в целом».
Подготовила Марина Мельникова
СамолётЪ