Болезненные новости. Китайский коронавирус ставит под сомнение даже здоровье президента

Во вторник в Череповце на фоне новой мировой эпидемии может состояться встреча «не очень здорового» Путина и «больного» Мордашова.

Фото: kremlin.ru

Лихорадочная атмосфера, в которой живёт сегодня отечественное информационное пространство, становится питательной средой для разного рода «новостей» с конспирологическим налётом. Порой даже кажется, что из болезненной горячки впору выводить самих авторов.

Первой мишенью их сочинений стал владелец «Северстали» Алексей Мордашов, здоровьем которого телеграмм-канал «Незыгарь» озаботился в связи с предполагаемым визитом в Череповец (именно там расположен металлургический комбинат — главный актив металлургической империи олигарха) президента Владимира Путина. Версия «Незыгаря», клянущегося, что черпает информацию из «надёжных источников»: Мордашов тяжело болен и «хотел бы передать контроль за бизнесом своим сыновьям при наличии смотрящих гарантов». Там же поминаются братья Ковальчуки, ФСО, некие «три источника в правительстве», все сколько-нибудь значимые операции с активами, которые проводили компании Мордашова.

Не очень понятно, почему для того, чтобы передать бизнес детям нужно обязательно серьёзно заболеть.

Словно опровергая эту фантазию, «Вести-24» тут же дали развёрнутое интервью с Мордашовым из Давоса, где он выглядит вполне здоровым и рассуждает не об избавлении от бизнеса, а о том, что нужно для роста инвестиций в него.

А представитель Мордашова распространил через СМИ официальное опровержение информации о его болезни, предупреждая, что в отношении авторов фейковых сообщений будут предприняты «необходимые меры в соответствии с законодательством».

СамолётЪ уже писал и о детях Мордашова, и о непростом для него вопросе наследования состояния. Причём это проблема не для одного Мордашова, а для многих владельцев промышленных активов, признанных «стратегическими» (сюда входит и сырьевой бизнес, и машиностроение, и металлургия, и химпром и т.п.).

Летом прошлого года в своём интервью интервью Financial Times накануне встречи с Дональдом Трампом Владимир Путин сказал, что в России «олигархов нет». И это в определённой степени было правдой. С позиций российского президента — во всяком случае. Во многом потому, что крупный частный бизнес в России — это большой миф. Владельцы компаний на самом деле такие же временные управляющие, как и топ-менеджеры госкомпаний. Они рискуют лишиться этого статуса в любой момент.

В стране есть две группы богатых людей. Одна представляет собой «группу интересов» из «ближнего круга» президента, представители которой конвертируют своё политическое влияние в материальные выгоды. Типичный представитель этой группы — всем известный Игорь Сечин, чья «Роснефть», похоже, явно использует преференции от близости к власти.

Вторую группу составляют участники списка Forbes. Алексей Мордашов — один из них. Внешне представители двух групп отличаются. Но есть и нечто общее, что сближает наёмного руководителя госкомпании Сечина и владельца частной «Северстали» Мордашова. В условиях до сих пор «подвешенного» (по инициативе действующей власти, кстати) вопроса о собственности, полученной в ходе чубайсовской приватизации, собственность Мордашова на его горно-металлургические активы становится достаточно условной. И эта условность усиливается благодаря тому обстоятельству, что для сырьевого экспортёра — России — эти активы являются стратегическими.

«Условный Мордашов», может, конечно, продавать какие-то небольшие пакеты акций, но под контролем государства, которое на самом деле, предполагаем, в любой момент может поставить под вопрос право его собственности. И существуют большие сомнения в том, что хозяин «Северстали» сможет легко передать по наследству то, что ему принадлежит в России. Возможно, именно поэтому он начал делиться с сыновьями в первую очередь тем, что ему принадлежит за рубежом.

Так что «болезнь» Мордашова (дай ему бог здоровья) здесь не причём. Точно также, как не имеют никакого отношения к конституционным новациям Владимира Путина слухи о некоем «страшном недуге», который якобы был обнаружен у президента накануне его послания Федеральному Собранию. Болезнь (как и смерть), конечно, может списать всё, но слишком уж просто списывать на неё все проблемы в бизнесе и государственном управлении.

Представляется, что у Мордашова и Путина, если им всё-таки удастся встретиться во время череповецкого визита президента, найдётся, что обсудить: в портфеле у хозяина «Северстали» есть сразу несколько бизнес-проектов, нуждающихся в самой высокой поддержке...

Что же касается коронавируса, создающего такую нервозную обстановку, нужно признать — он уже доставляет неприятности металлургам. Череповецким — в том числе. В ходе недавней телеконференции заместитель гендиректора «Северстали» по экономике и финансам Алексей Куличенко признал, что «ситуация тяжёлая»: инфекция может стать значимым фактором влияния на отрасль. Это связано прежде всего с той значимой ролью, которую играет Китай как крупнейшим мировой производитель и одновременно потребитель стали. Даже небольшие колебания спроса/потребления в Поднебесной могут самым серьёзным образом менять расклады на мировых рынках, создавая эффект «домино».

Илья Неведомский
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.