Череповец будущего — взгляд со стороны. Похоже, у промышленного города появился «ресурсный» союзник, с собственной точкой зрения на его развитие

Три стратегии и «убегающий» череповчанин

Тот формальный документ, который был предложен горожанам почти год назад, в мае 2023-го, вряд ли можно сегодня считать настоящей дорожной картой для такого сложного и во многом «запущенного» урбанистического образования, как Череповец. Не случайно «стратегия», ратующая за «всё хорошее против всего плохого», поначалу даже не имела собственного названия, выражающего её главную идею. Потом был предложен слоган «Город, в котором хочется жить». Формулировка, которая не расшифровывает идею городского будущего, а скорее её маскирует. Точно так же, как маскировали её две предыдущие городские стратегии.

Первая называлась «Череповец — город лидеров» и родилась в начале нулевых при первом, относительно независимом от «Северстали» мэре Михаиле Ставровском, когда на подъёме было всё: и экономика, и довольно живой политический процесс... В обществе было много энтузиазма после завершившейся наконец мутноватой «эпохи 90-х». И многим на самом деле казалось, что в этой жизни «невозможного мало». Правда, лидеры рождались почему-то на всё той же «Северстали», которая активно расширялась не только за пределы города, региона, но и России. И они, следуя примеру родного предприятия, активно заполняли собой (по закону физики газов) всё предоставленное им пространство.

Первая волна «лидеров» накатила и схлынула, большинство из них либо уже ушли в почётную отставку, либо давно переросли Череповец, продолжая лидировать за его пределами...

Вторую стратегию готовил один из тех самых лидеров города — мэр Олег Кувшинников. Правда, лично представить её не успел — стал губернатором. Называлась стратегия уже скромнее: «Череповец — город возможностей», отражая изменившиеся реалии — с «лидерством», после бурных событий рубежа 2011–2012 годов и смены президентов, хотелось быть поосторожней. Негласный общественный договор фиксировал сепарацию власти и общества, где последнему рекомендовалось развиваться во все стороны, кроме политической...

Правда, когда дело дошло в прошлом году до подведения итогов, оказалось, что именно череповецкие «возможности», похоже, оказались самым непривлекательным в городском организме, что наглядно выразилось в состоянии демографии Череповца — горожане «ногами» выразили своё отношение к происходящему. За последние 10 лет население города сократилось на 15,7 тыс. человек. Но сократилось неравномерно. Так численность молодежи (14–35 лет), как указано в аналитической части документа, снизилась на 27 тыс. человек. А вот количество жителей старшего возраста (60+) выросло на 8 тыс. человек.

Данные соцопросов зафиксировали любопытную ситуацию: хотели бы жить в Череповце 60% опрошенных. При этом наиболее критические суждения о городе высказывали представители молодёжи. 67% опрошенных в возрасте до 25 лет заявили о желании уехать из Череповца.

То есть, чем старше были респонденты, тем они оказывались лояльнее. И, наверное, это неудивительно. Люди в возрасте стремятся законсервировать своё настоящее, будущее их пугает неопределённостью в силу естественных причин. Для молодых же то, что пугает стариков, — это вся их ещё не состоявшаяся жизнь. В которой они хотят иметь много денег, жить в комфорте, пользоваться удобными сервисам, облегчающими повседневные заботы. И, наконец, быть в гуще важных событий, манящих своими перспективами.

Что может предложить Череповец?

Ответ на этот вопрос СамолётЪ в своё время пытался получить у ныне уже, — но тогда только что переизбранного — бывшего мэра Череповца Вадима Германова. Которого в то время волновал другая, но схожая проблема — «как сделать, чтобы Череповец каждый год рос на 1000 человек?»

Тогда в разговоре Вадим Евгеньевич признался в том, что «возможно, произошла подмена понятий»: «Мы понимаем, какие строить улицы, что делать с общественным транспортом, где будут новые детские сады и школы, спортивные объекты... Мы строим, а на деле сталкиваемся с обычной миграцией населения».

То есть, городу хронически, а в последние годы, пожалуй, катастрофически чего-то не хватало. И это «что-то» — новая идея городского развития. Такая же мощная, какой в своё время стала идея превращения Череповца в индустриальный центр государственного масштаба. С мегапроектами — строительства сначала «Северстали», потом — химпредприятий. Всё это преобразило маленький заштатный районный центр до неузнаваемости. Город резко вырос, в разы увеличив своё население...

Теперь городу нужен новый рывок. Пока непонятно, какой. Но, учитывая то, что изменились и молодёжь, и технологии, он должен как-то коррелировать, соотноситься с тем, и другим.

И совершенно точно не замыкаться на одной «Северстали».

Рабочий посёлок

Между тем, как уже было сказано, именно металлургический гигант настойчиво продвигал свою идею «города, в котором хочется жить» всем.

На «Глазычевских чтениях», прошедших в Череповце летом прошлого года при спонсорской поддержке «Северстали», Дмитрий Поярков, начальник управления по корпоративной социальной ответственности и бренду «Северстали», вынужден был признать: вкладываться в системно значимый для компании город заставили проблемы демографии и обострившаяся конкуренция за рабочую силу.

На самом деле, начиная с 2022 года компания стала выделять немыслимые прежде средства на развитие городской среды и инфраструктуры. Правда, не обошлось и без явного давления на крупный бизнес со стороны руководства страны, полагающего, что капиталисты тоже должны потратиться в это непростое для страны время. Слова нынешнего министра обороны Андрея Белоусова о том, что «надо делиться», стали руководством к действию.

Вкладывая в Череповец, «Северсталь», видимо, пытается убедить жителей города в том, что он должен оставаться всё тем же, по сути, «рабочим посёлком», как некогда окрестил его, родившийся здесь, контролирующий акционер металлургической компании Алексей Мордашов. Только более комфортабельным, лучше приспособленным для жизни.

Уже упомянутый Поярков поделился с участниками «Глазычевских чтений» данными опроса, с помощью которого руководство «Северстали» пыталось выяснить, какой сценарий развития города выбирают череповчане. Предсказуемо горожане «предпочли», чтобы Череповец оставался промышленным городом. На втором месте оказался вариант туристического центра. И только на третьем — «кластера инноваций».

Правда, с тем, что российские города — это место, где хотят жить сами россияне — согласны не все. Например, социальный антрополог и бывший глава Экспертного управления АП Симон Кордонский считает, что городов в традиционном понимании в России вовсе нет:

«Города — это не место, где живут. Это место, куда приезжают работать, а из городов городское население стремится уехать на дачи. Городов в традиционном смысле слова у нас нет. Были слободы, которые сейчас рассасываются по пригородным зонам за счёт распределённого образа жизни».

По мнению Кордонского, идеалом обустройства для россиян является хутор — то есть жизнь вне города и деревни. У зажиточных людей — у тех же москвичей — хутор превращается в мини-поместье.

Иными словами, город для тех же молодых интересен не столько своим комфортом, сколько возможностями для карьеры и самовыражения. Не случайно традиционным индикатором города является наличие в нём значительной доли людей свободных профессий. В Череповце же до сих пор главной альтернативой является указующий перст «На завод!».

Есть ли у Череповца альтернатива?

Намёком на то, каким могло бы быть будущее города, стал городской мастер-план, презентованный четыре года назад московским архитектурным бюро «Яузапроект», точнее его 47-летним руководителем, архитектором и урбанистом Ильёй Заливухиным.

План на самом деле был создан на основе не только фантазий московских архитекторов, но и углублённого социологического исследования ощущений и представлений горожан о том, каким должен быть их идеальный город.

Удалось понять, что жители Череповца прекрасно отдают себе отчёт в непривлекательности и заброшенности значительной части городских территорий, желают улучшения инфраструктуры и не имеют ничего против появления в городе креативных пространств.

Мало того, выяснились совсем уж «крамольные» вещи. Например, что череповчане совсем не горят желанием жить в многоэтажных «человейниках» — ни в старых, ни в новых, которые продолжают, как грибы, расти в городе несмотря на то, что подавляющее большинство горожан живёт именно в этих «грибах». На самом деле больше половины из них хотели бы жить в собственных домах. Ещё почти 40% — в домах малой этажности или таунхаусах.

Авторы мастер-плана учитывали существующую в городе «центробежную» тенденцию — смутные и явные желания почти половины жителей куда-нибудь переехать: за город, в другой город, регион, страну. При этом основными причинами желания уехать называются две вещи: «отсутствие перспектив» и «плохая экология». Ни то, ни другое критическому анализу почти не подвергается, аргументы против игнорируются — для многих горожан это, скорее аксиомы, принимаемые на веру.

Тем не менее, даже среди тех, кто задумывается о переезде, много колеблющихся — авторы мастер-плана вместе с руководством города надеются, что этих людей удастся переубедить.

Каким образом? Собственно, весь мастер-план и является ответом на этот вопрос, раздающий всем сестрам по серьгам.

Так, пожалуй, главным достижением плана стало категорическое желание «сжать» город, остановить его неконтролируемое расползание по окрестным лесам и полям со строительством в этих полях «человейников» — переезд в которые фактически означает, что следующим шагом будет переезд в такой же «человейник», но уже в Подмосковье. Кроме того, расползание города разрушает окружающий его уникальный природный каркас, делающий город, расположенный между карельскими озёрами и Волгой, с Дарвинским заповедником, потенциально (и это не смешно) одним из самых экологичных городов России.

Оказалось, что внутри нынешнего города, при существующей низкой плотности застройки и должной реновации территорий, заложен огромный потенциал для нового жилья. Грубо говоря, людям совсем не нужно, как сейчас, переезжать за Шексну, покидая тот же Индустриальный район, признанный московскими экспертами лучшим по всем показателям, с градостроительной точки зрения. У него может быть три стимула развития. Первый — реновация территорий, близких к «Северстали», застроенных сейчас ветхими пятиэтажками. Авторы мастер-плана предлагают революционное решение: не модернизировать это старьё и не строить новое многоэтажное жильё, а отдать территорию под индивидуальное жилищное строительство. ИЖС на самом деле решает сразу несколько задач: удовлетворяет массовую потребность горожан в «своём доме», опирается на инициативу будущих собственников (что сразу делает проект более реалистичным), которые станут не только строить дома, но и озеленять свои участки.

Развитие большого центра города авторы мастер-плана видят в непосредственной связи с водными артериями — Шексной и Ягорбой. Это выражено уже в самом названии плана «Город на реке».

Именно речные берега должны, по замыслу авторов городской стратегии, стать местами деловой и культурной активности, притяжения для горожан. В значительной степени это будет «лицо» города: яркое, выразительное, привлекательное.

При этом в замысле авторов плана, по мнению Ильи Заливухина, нет ничего фантастического — всё, что есть в замыслах, уже в той или иной мере где-то реализовано: в скандинавских Хельсинки, Стокгольме, Осло, в Париже, в хорватском Сплите...

Городу нужен ещё один «взгляд со стороны»

Прямо во время презентации мастер-плана, информация о нём появилась в паблике мэра, немедленно вызвав ответную реакцию горожан. Реакцию с немалой долей скепсиса. Самое распространённое сравнение — литературные «Нью-Васюки» (спасибо бессмертному образу российской городской утопии, созданному Ильфом и Петровым!).

Почему горожане не верят в собственную мечту, вопреки тому, что её осуществление (особенно поэтапное) вполне реально? По предварительным подсчетам Ильи Заливухина, на все преобразования по мастер-плану потребуется около 200 миллиардов рублей, или чуть меньше стоимости Крымского моста.

Для сравнения — это четыре бюджета развития Вологодской области 2021 года (54 млрд), или пятнадцать расходных частей бюджета Череповца (план на это год — 13,3 млрд).

Деньги, как любил говорить мэр, в стране есть. И взять их (выпросить) у федерального бюджета можно.

Но горожане, похоже, не верят не столько руководству, они не верят себе. Нет, каждый по отдельности способен, наверное, изменить свою жизнь (или думает, что способен). Самый простой способ — куда-нибудь уехать.

Вопрос: что им всем вместе делать в таком непривычно красивом Череповце? Который ещё, между прочим, надо сообща построить. Для того, чтобы всё состоялось, нужно другое качество бизнеса, самоорганизации городского сообщества, больше свободы и ответственности...

Наконец, нужен внимательный и, главное, авторитетный взгляд со стороны. Таким заинтересованным авторитетом вполне мог бы стать новый губернатор Вологодской области. Публично заявляющий не только, что Череповец для него «родной город», но и, что Череповец должен быть «нормальным городом», принадлежащим не только заводам и их владельцам, но и жителям.

Ресурсов у Георгия Филимонова немало. И не только финансовых, хотя, по имеющимся официальным данным, областной бюджет уже поддержал около полусотни направлений благоустройства города на сумму около 28 млрд рублей, включающих многие аспекты городской жизни: от строительства и ремонта социальных объектов до реновации дорог и прочей транспортной инфраструктуры.

Не менее важно участие Филимонова в качестве заинтересованного лица в диалоге с бизнесом и горожанами по поводу будущего Череповца. Оно может быть и весомым, и даже решающим.

Прежняя областная власть говорила об основном противоречии: качество человеческого капитала региона в целом оказывается выше, чем условиях для его самореализации, которые предлагает город и область. Важно понимать, что думает по этому поводу новая власть региона...

Юрий Антушевич
СамолётЪ