Национальное единство для разделённого общества. Главная проблема – большое экономическое неравенство в России

Уже больше двадцати лет доля нищих (3%) и бедных в тране составляет 21%. Доля обеспеченных (22%) и богатых (2%) — 24%. Доля ограниченных в средствах россиян — 55%.

Фото: magnific.com

Таковы данные мониторинга Института социологии РАН за май 2026 года. Причём эти результаты получены из опроса россиян, как сами они оценивают своё материальное состояние.

Проблемы «жидкого супа» и «мелкого жемчуга», как правило, стыкуются плохо. Нищему, конечно, «пожар не страшен», но и брататься с богачом ему тоже трудно, тем более что последнему это не очень-то и нужно, даже в единственный день «национального единения» в году. Можно представить, что он даст денег на то, чтобы испечь «Пирог на четвёртое» для нищебродов, но сам есть его вряд ли пойдёт.

За неделю до нынешнего праздника в Общественной палате РФ мечтали о том, как «развить и углубить» придуманное Дмитрием Медведевым народное торжество. Предлагали помимо фестивалей плова ещё и «марафоны трезвости» и даже мероприятиями по исцелению «коррупциомании» (оказывается, в России это уже такая болезнь). За поиском идей новых «развлекательных мероприятий» и «памятных» акций, а также фантазий по поводу «идеологов, военных лидеров» и, «может быть, спонсоров» народного ополчения XVII века никто и не вспомнил о печальной статистике. Между тем, ещё с первых лет экономических реформ в России застыл эффект трёх страт «20-60-20», впервые выведенные в начале 2010-х бывшим министром экономики Евгением Ясиным.

Ясин говорил, что 20% россиян выиграли от реформ, 60% остались при своих, 20% проиграли. Позднее экономические социологи расширили понятие этих трёх страт, выведя константу про «20% высших россиян, вписавшихся в рынок», «20% наиболее благополучных россиян, пользующихся благами и возможностями рыночной экономики» и т.п. Ещё одним выводом стало то, что российская экономика в нынешней версии, видимо, не способна ввести в благополучные россияне больше 20% населения; правда, она способна уменьшить долю россиян-аутсайдеров, переводя их в пограничное состояние «опрятной бедности».

Экономист Дмитрий Прокофьев для получения ответа на вопрос, «Почему не расширяется «высшая категория россиян», а для остальных жителей страны наличии работы остаётся способом не скатиться в нищету, а не способом прийти к успеху?» предлагает обратиться к выводам новейшего исследования Маурицио Буссоло, Ивана Торре и Эрнана Уинклера (Всемирный банк) «One Ladder Does Not Fit All: Jobs and Poverty Transitions Across the Globe» (2026), собравших гармонизированные панельные данные домохозяйств из 41 страны с разным уровнем развития – от Эфиопии и Нигера до Нидерландов и Норвегии.

Исследование Буссоло показывает, что занятость важна для снижения риска бедности, но её тип и отдача имеют большее значение. В развитых экономиках наёмная работа и статус работодателя чаще ведут к росту, чем самозанятость. Последняя может быть амортизатором, но не социальным лифтом без устойчивого спроса и профессионального капитала.

«20 процентов успешных россиян» – результат конкретного измерения, а не неизменной пропорции. Устойчива большая промежуточная зона, где люди живут "как все", но их баланс легко нарушается.

Общество создаёт способы не упасть вниз, но не каналы продвижения. Для роста нужны предсказуемая занятость, конвертируемая квалификация и защита от рисков. Либерализация и мобилизация не решают эти вопросы автоматически. Важно создавать массовые траектории повышения отдачи, а не только рабочие места.

Важно также различать предпринимательство как растущую деятельность с возможностью накопления и найма – и самозанятость как индивидуальное принятие риска, который не берут на себя работодатель и государство. Первое может быть эскалатором, едущим вверх. Второе нередко оказывается платой за отсутствие другого канала, и превращается в бег наверх, по эскалатору, едущему вниз.

В РФ-экономике, обращает внимание эксперт, доступ к комплексу ресурсов, позволяющих человеку жить не от зарплаты до зарплаты, остаётся устойчиво ограниченным.

«Поэтому, - полагает Прокофьев, - главный вопрос – как сделать так, чтобы работа чаще становилась не только защитой от нищеты, но и фундаментом для роста. Для этого недостаточно называть занятость занятостью. Нужно различать работу, которая удерживает на плаву, и работу, которая создаёт возможность планировать, учиться, накапливать, менять профессию и не терять всё при первой неудаче».

Представляется, эта возможность и есть едва ли не первая необходимая основа если не для «национального единства», то для общественного согласия…

Подготовил Илья Неведомский

СамолётЪ

Поделиться
Отправить