Прописные истины. Алексей Мордашов предупреждает: не закрывайте страну

Глава «Северстали» напомнил государству, что экономическая изоляция чревата катастрофой: для России и 400 тысяч её самых богатых граждан…

Фото: Скришот ЯндексЭфир

Проходивший в конце этой недели Гайдаровский форум оказался практически первой с марта прошлого года (начала коронавирусной пандемии) попыткой в таком формате обсудить, что будет происходить в обществе, в экономике и в бизнесе в посткоронавирусный период. А обсудить происходящее в обществе и экономике политикам, чиновникам и бизнесменам давно хотелось — три форуме прошлого года (ПМЭФ, Восточный и Сочинский форумы) так и не состоялись.

Именно поэтому выступлений и дискуссий было достаточно много. Но два выступления на экономическую тему можно выделить особо. И оба они были связаны с международными связями российского бизнеса.

Первое принадлежит Анатолию Чубайсу, который совсем недавно расстался с Роснано и переквалифицировался в чиновники — стал спецпредставителем президента России по связям с международными организациями для достижения целей устойчивого развития.

Тем удивительнее, что речь нового спецпредставителя получилась весьма обличительной по отношению к российской власти. Её Чубайс прямо обвинил в «беспомощности, слабости и грубейшей ошибке», связанных с тем положением, в котором оказался российский бизнес накануне введения трансграничного углеродного налога. Чубайс считает, что руководство страны упустила время и возможность заранее синхронизировать собственное законодательств, что подвести экспортные отрасли промышленности к началу реализации инициативы ЕС в «боевой готовности».

Чубайс рассказал, что дискуссия по вопросу введения такого налога в России шла в течение пяти лет. И в результате не было сделано ничего. «Итог — ЕС вводит трансграничный углеродный налог, и российский бизнес будет платить. Будет платить. Только платить будет не своему правительству, а чужому. Ошибка власти, когда то, что можно и нужно было коммерциализировать, власть не смогла коммерциализировать», — сказал господин Чубайс. Имея в виду, что вовремя введённый внутренний налог на промышленные выбросы мог бы сегодня сильным аргументом, защищающим наших экспортёров перед экологическими санкциями Евросоюза.

И, пожалуй, не нужно ходить ни к какой гадалке, чтобы определить, что помешало российскому руководству «коммерциализировать» экологическую повестку — в значительной степени это лоббизм тех самых экспортёров. Пять лет назад они просили не душить поборами их экологичные инвестиционные программы, не принимая всерьёз грядущую угрозу из Европы. Сегодня — просят защиты от углеродного налога у того же (нет, всё-таки уже у другого) правительства.

Один из таких лоббистов тоже выступал на последнем Гайдаровском форуме, и тоже апеллировал к власти. Речь идёт о заявлении владельца «Северстали» Алексея Мордашова, который неожиданно призвал российское руководство «не закрывать» страну.

Он подчеркнул, что Россия очень сильно зависит от экспорта и импорта. По мнению Мордашова, «если завтра прекратится внешнеэкономическая деятельность, то национальная экономика сожмется раза в два, мы просто физически встанем». Кроме того, почти половина российского бюджета зависит от поступления доходов от нефтегазового экспорта, а экономика России теснейшим образом интегрирована в мировую. «Такие отрасли, как нефтегазовая промышленность, машиностроение, металлургия, просто остановятся, если у нас исчезнет возможность экспортировать», — добавил бизнесмен, приводя в пример свою «Северсталь», которая в 2020-м «коронавирусном» году сумела обеспечить 100% загрузки мощностей только благодаря экспорту.

Совладелец «Северстали» признал, что есть необходимость защиты внутреннего рынка и мер его стимулирования, но это не должно заслонять «фундаментального факта», что автаркия для России невозможна. «Она обернется полной экономической катастрофой», — резюмировал бизнесмен.

И это не было шуткой на фоне обнародованных ФНС в ходе форума сенсационных данных о размере средств на депозитах резидентов РФ в банковских системах за пределами страны: это более 700 тыс. счетов 400 тыс. резидентов общим объемом более 13 трлн руб. (порядка $170 млрд).

Заявление Мордашова — из разряда «прописных истин», вроде знаменитого медведевского трюизма «свобода лучше, чем несвобода». Вряд ли предприниматель этого не понимает. Но зачем-то он эту свою речь произнёс. И она получилась вполне даже либеральным заявлением в устах одного из самых патриотичных и социально-ориентированных отечественных олигархов.

Вспоминается, как в канун 2019 года Мордашов тоже выступал с публичным заявлением сразу после традиционной встречи представителей крупного бизнеса с президентом Путиным. Алексей Мордашов рассуждал о том, что экономика России «способна на большее, чем скромные 1,5–2% роста, что она показывает сейчас». Развивая это утверждение, Мордашов, начинает убеждать себя и коллег в том, что не надо «пенять на „внешнего врага“, санкции, цену на нефть и курс рубля, ждать, когда государство создаст условия для роста экономики». А надо заниматься повышением эффективности — всем: от владельца металлургического комбината до «небольшого ИП».

Это была позиция бизнесмена, безусловно лояльного власти и уверенного в том, что «за счёт внутренних ресурсов и инвестиций» можно, сохраняя эту лояльность, добиваться успеха на внешних рынках. Лишь бы «не было войны», то есть губительного для самой идеи международного бизнеса экономического и политического «окукливания» России.

Прошло два года, и Мордашов снова говорит об изоляционизме как актуальной угрозе, от которой нужно предостерегать власть. Значит, что-то такое всё-таки «витает в воздухе» в результате всех, случившихся за это время взаимных демаршей и претензий между Кремлём и его западными «партнёрами». Означает ли это, что страна подошла к некой «красной черте», за которой степень болезненности дальнейшего движения становится нестерпимым для бизнеса? Который готов мириться со статусом предпринимательства как «подчинённой власти полуавтономной деятельности». Но, очевидно, всё-таки до определённых пределов.

Впрочем, у заявления Мордашова была ещё одна причина, вполне практического свойства: речь о потенциальной угрозе введения государством экспортных пошлин для металлургов, на высокие цены которых перед Новым годом жаловались строители и машиностроители. Эту угрозу владелец самой эффективной металлургической компании России назвал «непоправимым ударом по отрасли», который «приведёт к потере рынков и отразится на доходности отрасли, создающей рабочие места».

Юрий Антушевич
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.