«Что ты делаешь на работе членом?» Ольга Наумова — откровенно о «Северстали» и мужском сексизме в управлении

В первом, после увольнения, интервью экс-гендиректор «Магнита» делится историей своего карьерного роста и утверждает: вне зависимости от того, какого пола человек, у него всё будет отлично, если он фанат работы и делает её эффективно.

Фото: RBC / TASS

В пятницу русский Forbes опубликовал первое интервью, которое дала экс-гендиректор торговой сети «Магнит», после своего неожиданного для всех увольнения. Официальная версия, которую Наумова сама озвучила в своём сетевом аккаунте — «разногласия с советом директоров по стратегии компании». Но в интервью, с которым познакомился СамолётЪ, прозвучала и другая причина: «талантливых женщин держат в стороне, а двигают послушных парней».

Собственно говоря, весь диалог Ольги Наумовой с корреспондентом Юлией Варшавской был посвящён проблеме гендера в отечественном топ-менеджменте, где она, оказывается, всё ещё актуальна.

С проблемой Наумова, по её собственным словам, столкнулась в ранней молодости — в середине 90-х, когда делала карьеру управленца в отечественном IT-бизнесе. И уже тогда преодолевала «неестественный», как она говорит, отбор, характерный для корпоративной культуры в России: «когда талантливых женщин держат в стороне, а двигают послушных, не очень далеких парней, которые паразитируют на качественном женском управленческом труде».

Так или иначе, но работа со стартаперами научила Наумову храбрости, внутренней свободе и внушила представление о том, что «возможно всё». С этим багажом 29-летняя Ольга неожиданно для многих оказалась в буквальном смысле в тяжёлой индустрии — на «Северстали» Алексея Мордашова.

Сегодня, когда лицом этой компании является «русская австрийка» Агнесс Риттер, которая своим примером учит женщин России пробивать «стеклянные потолки», мешающие карьере, даже сложно представить, насколько «мужской» во всех смыслах была эта компания ещё в начале 2000-х.

Автору этих срок довелось в то время наблюдать за Ольгой Наумовой — директором по развитию бизнеса и гендиректором Череповецкого сталепрокатного завода — она на самом деле выглядела белой вороной в команде металлургических «мачо». Несмотря даже на то, что однажды Мордашов — искренне или вынужденно — признал её одним из лучших своих управленцев. Ради этого Ольге пришлось оставить в Москве семью, двухлетнюю дочку и вахтовым методом — с понедельника по пятницу — погружаться в новые для себя вопросы чёрной металлургии.

«Все на тебя смотрят свысока: мол, позволим этой тетке заниматься какой-нибудь фигней, непрофильными дочерними компаниями, — рассказывает Наумова о своём управленческом опыте на „Северстали“. — Но сама по себе сложность этих „дочек“ может быть более высокой. И проводить в таких отраслях реструктуризацию, выстраивать бизнес-направления, заниматься клиентами оказывается сложнее, чем просто сидеть на ресурсах».

Ольга Наумова приводит слова одного из своих прежних коллег по «Северстали»: «Как ты можешь брать Лену на работу? Как она вообще может делать эту работу, не имея члена?» И говорит, что сама в этот момент думала: «А что ты такое, интересно, членом делаешь на работе?»

Со временем ей стало понятно, что ими, членами, мужчины-управленцы реально «меряются», доказывая свою «крутость», и это приводит к повышенной агрессии, к разборкам на ровном месте, которые не имеют никакого отношения к поставленным задачам и результату.

Отвечая на вопрос корреспондента по поводу «изначально разного набора способностей у мужчин и женщин», Наумова категорически утверждает, что, вопреки стереотипам, никогда не замечала разницы между мужским и женским подходом. Весь вопрос лишь в наличии «широкого горизонта, культуры, воспитания, способности синтезировать получаемую информацию».

«Всё это вообще вне гендера, — говорит Наумова. — Вне зависимости от того, какого пола человек, если он фанат работы и эффективно-результативный, все будет отлично».

Тем не менее, несмотря на все успехи Наумовой, её попытки построить более открытую культуру, построенную в противовес системе, где «все свои», в среде менеджмента большой «Северстали» — абсолютно мужского, зачастую очень тяжёлого в диалоге, в конечном итоге завершились тем, что Олеге пришлось уйти из компании.

Любопытно, что когда Наумова пришла в гораздо более «женский» бизнес — ритейл — она, по собственному признанию, увидела значительно больше примеров «стеклянного потока», искусственных ограничений для карьеры женщин в компании, в которой более 60% персонала составляли именно женщины. А управленцами были мужчины.

Ольга Наумова говорит, что очень уважает то, что сейчас называется «устойчивое развитие», которое невозможно без ответственного гендерного баланса. Который, в свою очередь, невозможен без наличия определённых квот и обязательных требований. Всё это необходимо компании, чтобы решения не принимались людьми, у которых не хватает широты кругозора и альтернативного взгляда на ситуацию.

Когда она говорит Forbes, что «женское лидерство, скорее, про гибкость, про коммуникационную адаптивность», без чего современная компания просто неэффективна, что «каждой компании нужны такие soft skills, которые обычно свойственны женской стилистике в бизнесе», — я снова вспоминаю свой разговор с Риттер, которая говорила тоже самое, почти слово в слово.

Глубинный, неосознанный сексизм, от которого Наумова, вероятно, и пострадала в «Магните» (хотя и отказывается это признавать), по ее мнению, складывается из двух частей. С одной стороны, он культивируется «сверху», когда «мужчины-управленцы собираются в группы по интересам, ходят в бары и бани, формируют среду, где решения принимаются в тех локациях, куда женщину просто не позовут».

С другой — в стране просто нет до сих пор культуры реальных равных возможностей. С самого детства и мальчиков, говорит Наумова, и девочек воспитывают на том, что задача женщины — семья и трое детей, что у неё есть ещё куча обязанностей, помимо работы: «А если у тебя нет мужа и детей — ты неудачница».

Подготовил Юрий Антушевич
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.