Улётный рецепт. Картошка не от хорошей жизни

Родственники на даче уже второй месяц заняты созданием запасов на зиму: в дело идут овощи, плоды и ягоды, выращенные на своём участке и превращаемые в огромных количествах в соленья, варенья, заморозку. Плюс дары леса: те же ягоды, грибы, а ещё дичь, добытая на недавно открывшейся охоте. Плюс — дары моря (правда, пресноводного Рыбинского) — рыба сушёная, солёная и вяленая...

Есть во всём этом, конечно, переданная на генетическом уровне крестьянская забота о выживании рода, закреплённая периодами настоящего, труднопредставимого сегодня голода, регулярно наступавшими в истории страны. И подкреплённая нынешней военной тревогой, которая неизбежно будит в наших людях старые страхи.

А, с другой стороны, стоит попробовать на вкус то, что под видом промышленной еды предлагают нам сегодня продовольственные магазины — никакого удовольствия. Всё вкусное, как показывает практический опыт, растёт на своём/соседском огороде или в малых сельских хозяйствах. Наверное, не случайно даже в разгар сезона цены на помидоры, «которые можно есть» (выращенные «на земле», а не в гидропонных теплицах) не опускаются ниже 250-300 руб. за кг.

Взять ту же картошку, которую прямо сейчас копают на нашем Русском Севере. Мало кто знает сегодня, что до революции у России почти не было своих устойчивых генетических линий картофеля. Посадочный материал везли из-за границы. А в годы Первой мировой войны и голода начала 1920-х, когда зарубежные поставки прервались, на горьком опты убедились, чем опасна такая зависимость.

Один первых из самых известных российских картофельных сортов носит фамилию своего создателя, Александра Георгиевича Лорха.

Александр Георгиевич Лорх родился в 1889 году в Санкт-Петербурге в немецкой семье. Он получил образование в Лейпцигском университете в Германии, а затем вернулся в Россию, освоив европейскую школу селекции. После окончания Московского сельскохозяйственного института, ныне известного как Тимирязевская академия, Лорх в 1916 году посвятил себя работе с картофелем и продолжал заниматься этим до конца своей жизни.

Условия труда были крайне суровыми. В 1920 году Лорх возглавил Коренёвскую селекционную станцию, которая располагалась в полуразрушенных деревянных домах бывшей усадьбы, среди сараев и пяти десятин пашни, окружённых лесом и болотами. Для сбора материала для селекции он пешком обошёл множество картофельных районов Подмосковья в поисках чистосортных посадок, уцелевших с дореволюционных времён.

Вместе с Петром Сергеевичем Гусевым Лорх из тысяч сеянцев отобрал два сорта — «Лорх» и «Коренёвский». Сорт «Лорх» оказался настоящим открытием: он отличался пластичностью, высокой урожайностью и рассыпчатой белой мякотью. За этот сорт Лорху было выдано первое в стране авторское свидетельство № 1. На протяжении десятилетий «Лорх» оставался одним из ведущих сортов на полях и огородах, в том числе в годы войны.

После себя Александр Георгиевич оставил не только сорт. Ещё в начале 1920-х он разработал методику сортоиспытания картофеля, позже она легла в основу всей государственной системы проверки и допуска сортов. Скромная станция среди болот выросла в институт, который сегодня носит его имя — ФИЦ картофеля имени А. Г. Лорха.

Ценители считают сорта Лорх и Синеглазка одними из самых вкусных сортов картошки. Правда, промышленным способом их больше почти не выращивают в России, в основном сохранились они в малых хозяйствах и у дачников. Возможно, потому, что при больших объёмах хранения плохо лежит — агрофирмам по этой причине он неинтересен. Всё заполонили западные гибриды типа Гала. Или немецкая Королева Анна. В прошлом году у нас на участке она дала прекрасный урожай изумительных 100-гаммовых клубней.

А в этот раз сделали ставку на Синеглазку и не прогадали — по сравнению с ней все промышленные сорта картошки кажутся невкусными, годными разве что для супа.

Кстати, с Синеглазкой связан один забавный факт — мало кто знает, что предок поэта Пушкина Абрам Ганнибал в своём поместье Суйда под Петербургом был первым популяризатором и селекционером картошки в России. И в честь этой заслуги пращура великого русского поэта в 1950-е годы сорт Синеглазка был внесён в реестр отечественных картофельных сортов под названием «Ганнибал», но среди простых людей это название не прижилось.

И ещё два занимательных факта на тему «народной» еды. Первый — на котором настаивают в Татарстане — о происхождении всем известной окрошки из бурлацкой пищи, тогда её основой были сушёные судаки: суп получался при размачивании сушёной рыбы в квасе, приправленном зелёным луком.

Второй факт, о котором сейчас горожане уже изрядно подзабыли — история о том, что некогда белые грибы называли «мясом для бедняков». В дореволюционной России в начале ХХ века свежие белые грибы можно было приобрести на рынках крупных городов и у разносчиков по цене от 3 до 5 копеек за фунт, что составляло примерно 410 граммов. В разгар сезона стоимость достигала 8-12 копеек за килограмм. Соответственно, у крестьян оптовики закупали грибы по 1-2 копейки за фунт.

Для сравнения, говядина в крупных городах тогда продавалась по цене 15-25 копеек за фунт, то есть в 5 раз дороже, чем белые грибы.

Сегодня грибы вообще (не считая промышленно выращиваемых шампиньонов), а белые грибы, в частности, — очень дороги. Скорее это «мясо для богачей». А «мясо для бедняков» сейчас — это курятина и свинина...

Приятного аппетита!

Подготовил Сергей Михайлов
СамолётЪ