«Жадность» Михаила Мишустина. Государство заботится о будущих прибылях отечественного бизнеса, но не о доходах россиян

Устами премьера оно выступает категорически против желания предпринимателей заработать, пытаясь заставить оставлять то, что уже заработано в стране. Но бизнес не спешит делиться прибылью ради выполнения нацпроектов.

Фото: ТАСС

Слово «жадность» стало одним из ключевых в состоявшемся накануне отчёте премьера Михаила Мишустина перед депутатами Госдумы. И обращено оно было к отечественным предпринимателям, которые не торопятся поддержать «социальный поворот» в бюджетно-экономической политике, который де-факто объявлен президентом Владимиром Путиным в январе 2020 года вместе со сменой правительства и поправками к Конституции.

На практике этот поворот выражается не только миллиардами рублей, направляемых в нацпроекты, связанные с инфраструктурной модернизацией и повышением качества жизни россиян так, как это понимают в правительстве. Второй стороной медали является сдерживание инфляции, начавшееся ещё во второй половине прошлого года. Поскольку речь идёт в основном о продовольственной инфляции, понятно, что эти действия имеют своим адресатом беднейшие слои россиян.

Здесь проявляется парадоксальный результат той противофазы, в которой оказалась сегодня Россия, преодолевающая последствия коронавирусной пандемии по отношению к развитым экономикам Запада. Скупые («точечные») прямые социальные выплаты населению (типа 10 тыс. рублей на ребёнка к 1 сентября) в сочетании с куда более весомой финансовой поддержкой базовых и инфраструктурных отраслей обеспечили стране тот минимально отрицательный результат падения ВВП, которым так гордится Владимир Путин.

Но сильно «подмороженная» недружелюбным деловым климатом и общей неопределённостью российская экономика расти не собирается. Тогда, как на Западе, где, с одной стороны экономика просела существенно больше, с другой стороны, меры количественного смягчения уже запустили новый виток экономического роста. О чём свидетельствует подскочившая инфляция, выражающаяся, в том числе, в росте цен на продовольствие.

В прошлом году она была постепенно импортирована и к нам. Наши производители продовольствия тоже, что вполне естественно, захотели заработать на росте мировой конъюнктуры. Результаты этого желания, которое премьер-министр вчера назвал «жадностью», россияне начали наблюдать на магазинных полках.

Государство отреагировало оперативно и достаточно жёстко, применив и чисто административные меры запрета повышения цен, и более мягкие рыночные инструменты и разумные экономические механизмы, связанные со стимулированием производителей, биржевой торговлей, созданием запасов. Первые успели внести существенный дисбаланс на рынке, во многих случаях усугубив ситуацию.

Одним из свежих проявлений административного давления стала позиция принадлежащего Алексею Мордашову сетевого ретейлера «Лента», призвавшего своих поставщиков социально значимых продуктов первой необходимости (мясо, рыба, масло, молоко, сахар, соль, чай, хлеб, крупы, макаронные изделия, картофель) воздержаться от повышения цен как минимум до конца третьего квартала. Об этом сообщил «Коммерсант» со ссылкой на письмо директора по стратегии и развитию закупок сети Елены Москаленко. В нём, по данным издания, говорится, что цены на социально значимые продукты «имеют тенденцию к росту» и при поступлении запросов о повышении цен на товары из перечня «Лента» обязана немедленно проинформировать соответствующие госорганы. Поставщики недовольны таким поведением ритейлера: источник «Коммерсанта» среди производителей назвал действия «Ленты» негативным примером демонстрации доминирующего положения на рынке. По его словам, «Лента» не делает различий между повышением цен на 1–2% и на 10%, к тому же руководствуется достаточно условным перечнем товаров. Часть компаний будет настаивать на пересмотре ценника, угрожая выводом товаров из ассортимента, отметил собеседник издания.

Фактически заставляя бизнес отказываться от прибыли, государство одновременно настаивает на том, чтобы уже заработанное отечественными предпринимателями они вкладывали в пределах нашей необъятной Родины. Спикер Госдумы Вячеслав Володин, подняв вопрос о выводе за рубеж капиталов, заработанных компаниями в России. С одной стороны, по его словам, «наносится ущерб экономике», так как эти средства могли бы использоваться для развития бизнеса в нашей стране. С другой — экспортеры капиталов рискуют тем, что их средства за рубежом могут быть заморожены из-за санкций или других «недружественных шагов» западных правительств.

Михаил Мишустин ответил Володину обещанием «донастройки налогового законодательства» для непослушных инвесторов — беспрецедентного в мировой практике налога на прибыль в зависимости от объёма средств, выведенных за границу. Кстати, некоторые инвесторы, например, агрохолдинги, уже наказаны за «жадность» регулированием цен, — они могут в результате и вовсе остаться без прибыли, которую можно куда-либо инвестировать.

По сути, российское руководство уже собирается делить будущую прибыль российских компаний. И здесь уже непонятно, кто в большей степени — бизнес или государство — проявляет свою «жадность».

Во всяком случае, они малоотличимы друг от друга с точки зрения рядового отечественного обывателя, с доходами, стагнирующими уже не первый год.

И ни государство, ни бизнес не в состоянии предложить населению страны реальных планов повышения благосостояния. Если не считать воспоминаний того же Мишустина из выступления в Госдуме о том, как он в юности подрабатывал разгрузкой вагонов. Сетуя при этом, что россияне, жалующиеся на бедность, не торопятся заполнять многочисленные вакансии центров занятост.

А россияне, со своей стороны, изумляются сравнивая свои доходы, зарплатные предложения ЦЗН и доходы чиновников с топ-менеджерами, которые возглавили топ профессий с самими завышенными зарплатами по версии сервиса Rabota.ru. Люди чувствуют, что им не доплачивают. Если не в два раза, то в полтора.

Илья Неведомский
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.