Извилистый путь Мастера Дзен: новая роль для Алексея Мордашова

Владимир Путин в своём послании Федеральному собранию напомнил, что бизнес в России не вполне самостоятелен и играет ту роль, которую ему позволит играть государство. Сегодня ФАС подтвердила слова президента, возбудив дела против «Северстали», ММК, НЛМК из-за высоких цен на прокат и обрушив котировки акций этих компаний…

Фото: hbr-russia.ru

В начале апреля главный акционер «Северстали» впервые за 17 лет и с четвёртой попытки занял-таки первое место в российском списке богатейших российских предпринимателей по версии Forbes с состоянием $ 29,1 млрд. Понятно, что этот рейтинг, как и любой другой, вещь весьма условная. К тому же известны высказывания самого Мордашова о его скептическом отношении к любым попыткам ранжирования в бизнесе по степени богатства. Тем не менее, был получен какой-никакой маркер успешности, укрепивший, к тому же, рыночные позиции акций той же «Северстали».

А авторитетное издание Harvard Business Review Россия получило повод для того, чтобы вспомнить, что в разное время писал для него Алексей Александрович, который, известен любовью к почти философским обобщениям своего управленческого и бизнес-опыта.

В перечне более-менее актуальных цитат разной степени оригинальности из статей и интервью Мордашова нашлось место и упоминанию мудрости Мастера Дзен. Лидер списка Forbes вспомнил притчу, в которой ученики попросили Мастера открыть тайну познания. И он ответил: «Когда я ничего не знал о дзен, для меня горы были горами, а реки реками. Когда я только начал изучать дзен, для меня горы перестали быть горами, а реки перестали быть реками. Наконец, сейчас, когда я постиг сущность дзен, для меня горы снова стали горами, а реки — реками».

Мордашов использовал притчу в качестве иллюстрации важного для себя принцип: существуют фундаментальные вещи, которые остаются неизменными и основополагающими в любые времена...

Но в свете последних событий притчу можно рассматривать иначе — как иллюстрацию изменчивости положения крупного предпринимателя в России.

Пару лет назад автору этих строк уже приходилось расшифровывать слова российского президента, из его интервью Financial Times накануне встречи с Дональдом Трампом о том, что в России нет олигархов. Владимир Путин говорил о том, что в стране не осталось олигархов в виде владельцев крупных бизнесов, использующих свою близость к власти, для того чтобы получать сверхдоходы. И, очевидно, лукавил. Такие владельцы есть и имена их известны.

Но Путин был прав в другом — все эти люди, условно называемые «олигархами», находятся под полным контролем государства и в каждый конкретный момент играют ту роль, которую им позволяет играть руководство страны. От него, условно говоря, зависит, будут ли сейчас для того же Мордашова «горы горами, а реки — реками».

Вот в последнем послании президента Федеральному собранию прозвучала недвусмысленно выраженная вводная владельцам крупного бизнеса о том, как им следует поступать с дивидендами. «Ведь кто-то, — сказал Путин, — выводит прибыль в виде дивидендов. А кто-то вкладывает средства в производство». Вот последних, по логике президента, и надо поощрять. Далее матрица раскрывает себя полностью: «Посмотрим, как будет использоваться эта прибыль. И с учетом этого по итогам года будем принимать решения о донастройке налогового законодательства».

Главный посыл этого президентского пассажа весьма прозрачен: либо «олигархи» тратят деньги так, как это нужно государству, либо государство изымает эти деньги через новые налоги и само уже тратит их, как считает нужным.

Согласитесь, это мало похоже на равноправное общение главы государства с самостоятельными собственниками частных бизнес-активов. Скорее напоминает целевую установку главы корпорации своим топ-менеджерам.

И такое впечатление не может не возникнуть на фоне сохраняющейся (и, кажется, намеренно поддерживаемой Кремлём) неопределённости со статусом крупной частной собственности в России. С тем, где в пользовании тем или иным бизнес-активом заканчивается граница полномочий владельца и начинается право государства. Любопытно, что некоторые эксперты не считают эту особенность российского бизнеса однозначно негативной, утверждая, что она, если что, даст ресурс для мобилизации.

И бизнесмены, даже калибра Мордашова или Потанина, или Зюзина, к которому Путин уже вызывал «доктора», продолжают балансировать между разными ролевыми моделями: собственника, держателя актива, управленца. И лишь от желания государства в каждый конкретный период зависит, какая из этих ролей выйдет на первый план.

Вот сейчас, похоже, только завершилась игра в собственника. И лидерам списка Forbes пришла пора переобуваться и начинать играть в эффективного управленца.

И, кажется, как раз Алексей Мордашов честно играет по правилам — только вчера мы показывали, во что он вложил на своей «Северстали» очередные 3 миллиарда. Но государство торопится сказать, что и этого мало. Сегодня ФАС прибегает к очередной мере устрашения, возбудив дела против «Северстали», Магнитогорского металлургического комбината (ММК) и Новолипецкого металлургического комбината (НЛМК) из-за монопольно высоких цен на горячекатаный прокат. Руководству страны не нравится, что с начала года цены выросли более чем на 50%. Рациональные объяснения не принимаются. Компаниям грозят оборотные штрафы. Акции же «Северстали» на торгах Мосбиржи упали на 3,7% — до ₽1807 за бумагу. Бумаги НЛМК, соответственно, снизились на 3% — до ₽270,6 за бумагу. Акции ММК потеряли 3,6%, опустившись до уровня ₽66,6 по состоянию на 11:00 мск.

А в случае чего и ещё что похуже: игра в держателя активов (повладел — и хватит) может решаться индивидуально в каждом конкретном случае...

Юрий Антушевич
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.