«Школа цифровая — учителя аналоговые». Педагоги и администраторы о первом опыте дистанционного обучения вологодских школьников

Подходит к концу первая неделя дистанционного обучения и уже точно известно, что избавления, вроде досрочного завершения года по итогам трех четвертей не будет — в Вологодской области дети и учителя будут биться над программой до победного.

Фото: kommersant.ru

Мир после пандемии уже точно не будет прежним. Не будет прежней и привычная нам российская школа, в которой ещё так много советского наследия. Мы стали свидетелями социального эксперимента с непредсказуемыми последствиями, где в качестве подопытных: дети, родители и учителя. Кажется, вот-вот произойдет большой рывок, модернизирующий классно-урочную систему в нечто новое.

В институте, когда мы изучали педагогику, а было это уже почти десять лет назад, особенное внимание наши преподаватели уделяли информационно-коммуникационным технологиям в образовательном процессе — ИКТ. Эта пресловутая аббревиатура воспринималась нами, будущими учителями русского языка и литературы, точно вишенка на торте, необязательная, но поощряемая надстройка над обширными приёмами и методами классической школы. В результате мы научились создавать красочные презентации, которые использовали на лекциях о жизни и творчестве русских писателей, включали в уроки отрывки экранизаций, радиоспектаклей и электронных книг. Вот, собственно, и всё. По сравнению с тем, что делают учителя сегодня, это детский лепет. ИКТ, выросшие до размеров «дистанционки», не просто внедрились в ткань образовательного процесса, но срослись с ней, предоставляя невероятные возможности, которые пока даже оценить трудно.

Сложные обстоятельства заставили педагогов заново учиться плавать, а детей, но особенно родителей, и так уже оглушенных негативным информационным потоком и ожившей антиутопией, вроде карантина, КПП и потери дохода, привыкать к новым порядкам и осваивать непривычные методы обучения. В конечном счёте, родителей без слов попросили помогать с уроками детям, к чему многие оказались и не готовы, и не способны. Всех причастных к среднему образованию бросили в отрытое море и сказали — гребите.

Подходит к концу первая неделя дистанционного обучения и уже точно известно, что избавления, вроде досрочного завершения года по итогам трех четвертей не будет — в Вологодской области дети и учителя будут биться над программой до победного.

В лихорадке первых дистанционных дней педагоги приняли на себя роль антикризисных менеджеров. «Удалёнка» уровняла всех, но кто-то уже сделал вдох, другие — ещё только на пути к поверхности. Мне удалось поговорить с учителями и школьными администраторами, у которых более-менее получается наладить бесперебойный процесс.

Как это работает?

Расстояние между партами теперь измеряется километрами. Дети учатся дома, педагоги работают тоже из дома. Устойчивый интернет-траффик и сигнал мобильной связи — единственные ниточки коммуникации.

Департамент образования области рекомендовал школам использовать в качестве основного образовательный портал «Фоксфорд». Однако на практике учителям и детям удобно использовать сразу несколько ресурсов. При этом уроки строятся, как комбинация различных видов деятельности. Это может быть прослушивание лекции, просмотр короткого видеосюжета, чтение параграфа, решение задачи или написание эссе в тетради и т.д. Широко используется формат онлайн-конференции, к которой подключают весь класс (чаще всего педагоги работают через «Zoom»). Можно сказать, что уроки становятся даже разнообразнее и уж точно интереснее для компьютеризированного поколения, которому предстоит строить взрослую жизнь в цифровом мире.

— Дети сейчас сразу используют минимум пять разных сервисов: это и электронная почта, и электронный журнал, «Фоксфорд», это социальные сети, где они через группу класса взаимодействуют с учителем, это сервисы, где они берут задания и дополнительный материал, — рассказывает учитель информатики из тринадцатой школы Вологды Евгений Биловол

Его коллега, заместитель директора по УВР того же учебного заведения, физик Ольга Халвицкая, подробно описывает структуру своей работы:

— У нас в школе сделаны общие подходы. Мы стараемся по крайней мере, чтобы у всех всё было одинаково, чтобы детям проще было ориентироваться. В электронном журнале мы выкладываем детям домашнее задание. Оно может выглядеть так: лекция на «Фоксфорде» с такой-то минуты, или «Якласс» задание такое-то, или параграф такой-то, номера задач такие-то. Это один из вариантов. В этом случае дети самостоятельно находят, выполняют в своём рабочем режиме. Второй путь. Я конкретно сегодня провела две онлайн-консультации, мы общались с детьми вживую. Вела урок не вполне как обычно — методика отличается, но материал, которого нет на платформах, я им рассказала, ответила на вопросы, мы поговорили. Дети присылают снимки письменных работ. Коллеги работают через Вк, WhatsApp, Viber. Учительница русского языка принимала у нас стихотворение по «вайберу».

— Наша позиция — грамотный, вдумчивый подход учителя к уроку, — поясняет Лариса Лукичева, директор двадцать шестой школы Вологды. — Учитель структурирует занятие, наполняет его содержанием, используя разные платформы. У нас используют, например, «Учи.ру», ресурс «Фоксфорд». Есть строгое ограничение времен по санитарным нормам. Ребёнок не может полчаса только видео смотреть. Он должен и в тетради поработать, что-то поделать руками, нужна двигательная активность. Как, например, выгладит урок физкультуры.

Вот они изучают отработку удара, подающего в волейболе. Обязательно есть просмотр видеосюжета — 2-3 минуты. Потом появляется надпись: определи три ошибки, которые были в этом фрагменте. Задачу они решают интерактивно. Затем упражнение: повторяют движение рукой. Если изучают технику бега, учатся правильно поднимать колени, повторяя движения инструктора.

Как решают технические проблемы?

Во время весенних каникул школы провели мониторинг — есть у семей возможность организовать ребенку доступ в Интернет для обучения на «удалёнке», или нет. Оказалось, что ещё остались люди, у которых дома нет ни планшета, ни компьютера. Некоторые дети учатся дистанционно, имея в арсенале только мобильный телефон с выходом в сеть. В этом случае нередко возникают сложности при скачивании или невозможности открыть какие-то файлы. Детей и родителей консультируют представители школьной администрации, учителя информатики становятся системными администраторами для целых классов.

— Практическая часть у нас реализуется. Есть программы, которые бесплатны, доступны и занимают очень мало места. Половина детей пишет на компьютере и отправляет скриншот, а половина на телефоне, — у Евгения Биловола работы заметно прибавилось. — Я помогаю детям скачать и загрузить ресурсы для программирования. Опять же сложности в освоении образовательных порталов. В первый день было очень тяжело — все дети спешили и не могли со всем справиться. Я лично писал для них видеоинструкцию. Мы пытались донести информацию детям, родителям. Сегодня ситуация уже успокоилась. Случаи, когда ученики не понимают, как, что надо делать, стали единичными.

Лариса Лукичева поясняет, как организована техподдержка в ее школе:

— Администрация трудится в школе — специалисты консультируют по разным вопросам. Уже три родителя приходили с телефонами. Мой специалист по цифровизации устанавливал им необходимые программы.

Ещё одна проблема, когда компьютер или планшет в доме один, а детей — много. В некоторых школах вводят гибкий подход.

— В этом мы тоже находим выход, — отмечает директор двадцать шестой вологодской школы. — Если, например, в семье два ребёнка, у которых одна смена, а гаджетов не хватает, одному из них смену меняют.

— Если устройство одно, возникает очередь, — поясняет коллега из тринадцатой школы Вологды Евгений Биловол. — Родители могут быть недовольны такой ситуацией. Но дети в целом справляются.

Однако есть стихия, с которой справиться самостоятельно педагоги не в силах: порталы падают, не выдержав, массового наплыва пользователей. Конечно, в случае аварии преподаватели вынуждены переключать внимание учеников на другие задания или экстренно искать новые пути изучения темы, то есть лавировать между разными ресурсами.

— Все сложности — от непонимания процессов и неумения с ними работать, — полагает педагог и администратор Ольга Халвицкая.

— В состоянии стресса — все. Со старшими проще, с маленькими — сложней. Родители сильно переживают. Надо вовремя снять задание — все кидаются делать это в одно и то же время. Журнал виснет, ресурс виснет. Система рушится.

— Обычно падение сайтов происходит в районе 9-10 часов, — делится Евгений Биловол. — Но в таком случае учителя дают задания на разных ресурсах: где-то конспект, где-то запись, где-то практическая работа. В принципе это не проблема. Ребёнок берёт то, что доступно сейчас. Чуть позже возвращается на сайт, который зависал и доделывает задание. Мы не ставим жёстких сроков. Мы разрешаем от урока до урока выполнить задание в любой промежуток времени, когда система заработает снова.

Выживает сильнейший

В «группе риска» учителя старшего поколения, особенно гуманитарии, которые иногда просто не способны овладеть технологиями и уходят в отрицание, не желая принять новую реальность. Опытным педагогам очень сложно перестроиться. Многие из них прилагают сегодня героические усилия. На помощь им приходят более молодые, продвинутые коллеги, учителя информатики, математики и физики.

— Стресс испытали педагоги старшего поколения, — рассказывает Лариса Лукичева. — Вот им действительно сложно. Мы их бережём и помогаем им. У каждого есть консультанты. Заместители директора просто телефоны из рук не выпускают, отвечая на их вопросы. Часть наших учителей уже работали в дистанционном режиме раньше, мы ставим их в пару к ветеранам: консультант и «чайник».

— У нас в школе тоже было организовано обучение, — поясняет Евгений Биловол, ставший наставником для многих своих коллег. — Мы, технические специалисты и учителя информатики, просто работаем дополнительно. Осваиваем сервисы и делаем памятки, чтобы коллеги по алгоритму вникали в эту работу. И очень приятно, что каждый из пожилых учителей нашёл свой способ взаимодействия с детьми. Кто-то стихи слушает через социальные сети, кто-то очень хорошо освоил зум-конференцию. Люди проходят бесплатное повышение квалификации.

Учитель физики Ольга Халвицкая признается, что привыкнуть к работе в новом формате — сложно:

— Это совсем другой ритм. При обычной классно-урочной системе у нас есть полноценный кабинет и оборудование, ребёнок перед тобой. На дистанции приходится просить ученика включить камеру, чтобы посмотреть, с какой скоростью он записывает самые важные моменты. Но мы потихоньку входим в рабочий ритм.

Каждая отдельная школа сегодня — ковчег, противостоящий стихии. Педагоги сплотились, как никогда. Справиться с новыми вызовами помогает стратегия выживания. Каждый коллектив адаптируется по-своему, демонстрируя разный уровень организации и слаженности. Но наиболее успешными оказываются те учреждения, где к «дистанционке» начали готовиться заранее.

— Четыре года назад мы ввели дистанционное обучение для пятых шестых классов по субботам, — вспоминает Лариса Лукичева. — Поэтому часть детей уже знакома с таким способом работы. Эту базу мы начали расширять, обучали учителей. Одновременно сравнивали разные образовательные платформы. До 1 апреля полностью создали базу уроков для школы, а это 60 классов и 1665 детей. Мы никуда не бежали, никакого аврала у нас не было.

Что с отчётностью?

В социальных сетях недавно я столкнулась с мнением, что учителям сейчас нужно уменьшить зарплату, ведь в школу они не ходят и не проводят полноценных уроков, тем более что система постоянно «лагает» — такое у обывателей складывается впечатление. На самом деле объём работы педагогов вырос в разы.

Заложниками ситуации оказались и дети, и родители, и в первую очередь учителя, полагает лидер профсоюза работников образования Череповца Наталия Кукушкина. Между молотом и наковальней — родителями и детьми, с одной стороны, и департаментом образования, с другой.

При этом сами наставники расходятся во мнении. Одни сетуют на необходимость скидывать контролерам скриншоты, доказывающие активность учеников и давление начальства. Другие признают, что отчётности стало даже меньше, ведь уровень вовлеченности детей можно посмотреть онлайн и с помощью статистики ресурсов.

— Отчётность минимальная всё равно есть, я бы не сказал, что она увеличилась, — оценивает положение дел Евгений Биловол. — Мы заходим в статистику групп — сразу видно и тех детей, которые сидят и работают, и тех, кто из этого списка выпадает. Классные руководители с ними связываются, мы быстренько выясняем причину и отсылаем отчёт.

Директор школы Лариса Лукичева тоже настроена оптимистично:

— Органы управления образованием выполняют свою работу, пытаются нам помочь, предоставляя широкие возможности. С понедельника с нас не затребовали ни одного отчёта. Но мы ведем учёт сами. У нас система: каждый день к двум часам имеем информацию (сколько детей вышли, сколько работают, кто не вышел и по какой причине). Основные моменты мы так отшлифовали. Сложного тут ничего нет. Постепенно всё решится.

Плюсы «дистанционки»

Скорее всего, отговорки, вроде «я заболел», больше не принимаются. Перерывы в учёбе, связанные с больничными, уходят в прошлое. К обычному школьному занятию с помощью видеоконференции можно подключить одноклассника, который сидит дома, к примеру, со сломанной ногой.

Сейчас посещаемость уроков по понятным причинам — стопроцентная.

— Вот что меня поразило, — делится Лариса Лукичева. — Я вела занятие в первый день дистанционного обучения в восемь утра у одиннадцатого класса. Вышла в эфир и обнаружила, что они все там — все до единого! У нас в школе на уроках такое редко бывает: кто-то заболел, кто-то ушёл в военкомат. Сегодня четвёртый день — и у нас практически все дети на местах.

Ещё один плюс — возможность более углубленного изучения материала. Особенно это касается старших классов. У школьников с высоким уровнем самоорганизации есть возможность взять новую высоту. Неочевиден, кстати, и вред при подготовке к выпускным экзаменам в девятых и одиннадцатых классах:

— Что касается одиннадцатиклассников, то целом они говорят, что успевают стабильно решать по одному варианту ЕГЭ в день, — рассказывает Евгений Биловол. — Они сейчас не могут никуда ходить — секции не работают. Радует, что часть свободного времени дети тратят на решение задач.

Минусы «дистанционки»

  • Школа организует жизнь ребенка, устанавливает рамки и нормы. Сами ребята зачастую не могут придерживаться расписания, родители, как оказалось, часто неспособны установить режим. Некоторые мамы и папы, запертые с отпрысками в четырех стенах, оказываются в ситуации абсолютной анархии.

  • Дети оторваны от предметного мира науки. Дистанционно лабораторные по физике или химии не проведешь, а без опытов не будет толка от профильного обучения.

  • Школьники лишаются полноценного социального общения. Контакт с одноклассниками и учителями через мессенджеры — лишь симулятор. Негативное влияние на развитие коммуникативных навыков — неизбежно.

  • Организация «удалёнки» при всех усилиях педагогов не централизована, не стандартизирована и в общем не единообразна — это эксперимент. К чему он приведет, какие знания продемонстрируют, к примеру, сегодняшние пятиклассники через несколько лет, когда будут сдавать экзамены в девятом классе — неизвестно.

Как там родители?

Привыкают. Поведение отдельных людей в первые дни дистанционного обучения можно сравнить с истерикой. К концу недели школы отмечают снижение градуса — возникает диалог. Классные руководители контактируют с мамами и папами с помощью видеоконференций — в таком формате проходят сегодня родительские и педсоветы, по телефону и через группы в социальных сетях.

— Вчера я запустила мониторинг, — рассказывает Лариса Лукичева. — У каждого класса есть группа в ВКонтакте. Я спрашиваю у родителей об удовлетворенности дистанционным обучением, они задают мне вопросы, которые их волнуют. Сейчас будем это анализировать, увидим, что подтянуть.

Новый формат порождает очень перспективные общественные реакции: родители вовлекаются в сам образовательный процесс. Папы и мамы повторяют курс вместе со своими детьми, а затем помогают им лучше освоить материал.

— У каждого портала есть функция «пригласить родителей», — поясняет Евгений Биловол. — Некоторые учащиеся это делают. Некоторые родители сами это делают. Родители активно наблюдают за тем, что ребенок делает на портале. Некоторые просто рядом сидят. Доказательств этому у нас нет, но мы подозреваем. Потому что первые вопросы всегда появляются у родителей: а это как сделать, а то, как сделать. Возможно, они вместе с ними какую-то часть учебного материала проходят.

Что дальше?

Система образования меняется, доля информационных технологий и новых методов, усвоенных в этот сложный период, будет расти. Вопрос: насколько государство готово к этому вызову? Школам, перешагнувшим рубеж традиционной советской модели, явно требуется более серьёзное техническое оснащение. По крайней мере, назад пути нет — дети увидели, что можно учиться по-другому, более интересно и разнообразно. Разочаровать их мы не имеем права. Учителя на вопрос, сможет ли дистанционная форма и вовсе заменить обычный школьный урок, отвечают сдержанно: не заменить, а дополнить. И не сразу, не вдруг.

Так, например, считает Ольга Халвицкая, уверенная в том, что традиционная система обучения — очень устойчива. Это самый дешёвый способ давать знания.

— Скорее всего мы придём к какому-то сочетанию очно-заочному, — говорит Ольга Леонидовна. — Будет шаг вперед, но при этом мы всё-таки вернемся к классно-урочной системе. В обществе сохраняется серьёзная социальная инерция.

Есть такая фраза: «Чудная школа цифровая — учителя аналоговые». Ладно учителя, многие родители аналоговые. Пока у нас не будут цифровые родители, я подозреваю серьёзных изменений не произойдёт.

Саша Антушевич
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.