Страсти вокруг ЦБК. О чём Алексей Александрович может спросить у Олега Александровича?

Очередное обострение ситуации вокруг проекта строительства ЦБК в Вологодской области с вмешательством политических тяжеловесов может свидетельствовать о том, что развязка затянувшегося сюжета близка.

Фото: okuvshinnikov.ru

Решительный бой?

Как уже писал СамолётЪ, в конце прошлой недели очередное заявление против строительства целлюлозного комбината на Рыбинском водохранилище сделал министр природных ресурсов Дмитрий Кобылкин. Правда, Кобылкин (похоже, из-за нерадивости референтов), слегка напутал с географией, посоветовав строить новое предприятие там же, где его и предполагается строить — в Вологодской области. Впрочем, антураж для заявления был подобран подходящий — свалка отходов Байкальского ЦБК (технология производства которого не имеет ничего общего с технологией, заложенной в проект «Свезы») должна была усилить негативный эффект от ответа министра на вопрос, «случайно» заданный журналистом одного из центральных изданий.

И буквально сразу же с письмом в адрес председателя правительства с просьбой «принять меры по недопущению строительства целлюлозно-бумажного комбината (ЦБК) под Череповцом» обратился секретарь генсовета партии, вице-спикер Совета Федерации Андрей Турчак.

В письме не только снова упоминается пресловутый Байкальский ЦБК, но присутствует опять набор тезисов, типичный для противников строительства вологодского биотехнологического комплекса.

Всё это даёт основания говорить о том, что противники проекта перешли в решительное наступление, начатое ещё в прошлом году «общественниками», которых пытался объединить покойный Никита Исаев, и продолженное губернатором Ярославской области Дмитрием Мироновым, дважды обращавшимся с жалобами на проект Алексея Мордашова к президенту.

Господин Миронов и подвёл промежуточный итог этой атаке, заявив агентству «Ярньюс»: «Я думаю, что наше мнение будет услышано, и вы в ближайшее время узнаете результат. Так или иначе, мы будем отстаивать свои интересы и мнения людей. Это наш регион, наша страна. Мы должны заботиться об этом, чтобы в дальнейшем не было стыдно перед нашими потомками».

Расчётная лесосека

Сложно сказать, какую оценку лоббистским усилиям Миронова, Кобылкина и Турчака дадут потомки, но современники точно оценят их по достоинству. Особенно, если реализация проекта всё-таки будет остановлена. Потому что главным выгодоприобретателем может оказаться тот, о ком никогда не говорилось в комментариях по поводу ЦБК, но интересы которого явно присутствуют в регионе. Речь о Евгении Евтушенкове — основном владельце АФК «Система» и входящей в неё компании «Segezha Group» — прямом конкуренте мордашовской «Свезы». Причём не столько на рынках сбыта, сколько на рынке сырья, а конкретно — за лесосеку Вологодской области.

Несколько лет назад, когда «Свеза» ещё не озвучивала планы по строительству производства целлюлозы, а за экономическое развитие Вологодской области отвечал заместитель губернатора Алексей Кожевников, Евтушенков ходил в больших друзьях и стратегических инвестпартнёрах Вологодчины. В пресс-релизах после его встреч с руководством области туманно сообщалось, что у АФК «Система» существуют большие планы развития в лесной отрасли.

Трудно сказать, собиралась ли «Свеза» сама строить новый целлюлозный комбинат в дополнение к двум уже существующим — в карельской Сегеже и в вологодском Соколе, — но после объявления о планах «Свезы» разговоры о планах «Segezha» на Вологодчине поутихли.

Зато началось активное противодействие проекту Алексея Мордашова — как видим, на всех уровнях. Источники Самолёта полагают, что главным его мотивом могло стать ограничение доступа к расчётной лесосеке, значительная часть которой (почти 5 млн кубометров) была зарезервирована под будущий целлюлозный комбинат. Речь идёт примерно о пятой части всей расчётной лесосеки Вологодской области. Об этом губернатор Олег Кувшинников откровенно говорил весной 2019 года, отвечая на вопросы местных лесопереработчиков, жалующихся на дефицит сырья. Кроме того, по словам Кувшинникова, ещё 1,5 млн кубометров правительство региона отдаёт малому бизнесу в районах, «где нет других налоговых поступлений, кроме как от лесозаготовок». Губернатор называл это «вынужденной мерой, призванной снизить социальную напряжённость, необходимость которой тоже отпадёт со строительством ЦК: «Как только запустят комбинат, я сокращу аренду малому бизнесу в 3 раза — до 500 тыс. кубов», — обещал год назад Олег Кувшинников.

Теперь, если проект ЦБК всё-таки удастся остановить, лес достанется «Segezha Group»? Не факт. Не факт, что Алексей Мордашов так легко отдаст свою лесосеку конкуренту. По имеющейся у Самолёта информации, у «Свезы» есть минимум три альтернативных площадки, где можно «посадить» комбинат, причём две — за пределами Вологодской области, которая, в случае изменения планов инвесторов, может потерять порядка $3 млрд инвестиций (примерно столько инвестировала «ФосАгро» за 5 лет).

Иными словами, в проигрыше могут оказаться все стороны, в том числе и формальный «победитель», чья победа может оказаться «пирровой».

«Коллективное самоубийство»

К чему может привести непродуманность действий правительства при нескоординированности действий отраслевых лоббистов, мы наблюдаем прямо сейчас на примере последствий выхода России из соглашения ОПЕК+: обвал цен на нефть, курса рубля и котировок акций крупнейших российских компаний. В полдень понедельника, к примеру, глобальные депозитарные расписки (GDR) «Роснефти» (главного лоббиста выхода из договора) подешевели на 22,45% — до 4,47 доллара. Акции «Северстали» снизились на 14,39% (до 10,17 доллара), а расписки АФК «Система» — на 12,97% — до 3,75 доллара.

И, возможно, это только начало очередного глубокого кризиса российской экономики. Во всяком случае аналитики уже назвали ситуацию «коллективным самоубийством».

Вот и кризис, связанный с отказом от строительства комбината в Вологодской области, тоже чреват более глубокими негативными последствиями, чем простая потеря миллиардов долларов инвестиций.

Можно, например, предположить, что у того же Алексея Мордашова, если он всё-таки проиграет войну лоббистов, возникнут вопросы к своей «команде» в широком смысле этого слова. Ведь не секрет, что и глава региона, и его представители в законодательных органах власти заняли и сохраняют свои места во многом благодаря финансовому и административному ресурсам главного «стейкхолдера» Вологодской области. В конце концов, «чудесный» рост доходов областного бюджета на Вологодчине удачно совпал с массированными «дополнительными» платежами «Северстали», которые пришлись именно на год губернаторских выборов...

Но в отличие от противоборствующей стороны, члены условной «вологодской» команды почему-то пока не встали на защиту проекта своего патрона так же пламенно и рьяно, как против него выступили депутат Госдумы Валентина Терешкова или тот же губернатор Дмитрий Миронов.

Возможно, что первые неприятные вопросы будут заданы уже на ближайшей встрече Алексея Мордашова и Олега Кувшинникова, которая должна, по нашим сведениям, состояться в последней декаде марта. И от полученных ответов может зависеть уже не только будущее проекта целлюлозного комбината, но экономическое — всего региона и политическое — его властной элиты.

Илья Неведомский
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.