Спасение Писанием. Зачем россиянам сегодня нужно изучение Библии

Накануне Рождества на глаза попалась полемика между вологодскими коммунистами и их оппонентами от партии власти по поводу патриаршей программы изучения Библии. Члены КПРФ программу критикуют, сторонники патриарха как неизбежной в современной России «духовной» части государственной номенклатуры, критикую коммунистов, не понимающих, что надо «миллионам» верующих россиян, особенно перед выборами.

И коммунистам, и «антикоммунистам» всегда была свойственна широта обобщений, которые должны подкреплять их позицию, но на самом деле уводят в сторону от истинного положения дел. Взять то же число верующих. Соцопросы показывают благостную картину паствы РПЦ. Опрос Российской академии наук, десятилетней давности показал, что к последователям православия причисляют себя 79% жителей страны. Однако, как отмечают религиоведы, религиозными людьми в традиционном или церковном понимании являются не более 4–8 % населения России — то есть речь идёт не о миллионах, а о миллионе с хвостиком тех, кто причащается, соблюдает посты, регулярно ходит в церковь, знает молитвы и содержание той самой Библии, изучать которую призывает патриарх Кирилл.

И в этом его очень хочется поддержать, потому что практика эмпирической реальности убедительно доказывает (и не единожды), что «изучение матчасти» — то есть первоисточников любого учения (хоть Христа, хоть марксизма-ленинизма), лучший и сегодня едва ли не единственный способ не «впасть в ересь», то есть не попасть в сети пропаганды — справа или слева, но получить противоядие против когнитивного диссонанса, наступающего от иных толкования основополагающих этических христианских принципов.

Четыре года назад, перед очередными выборами лидер российской компартии Геннадий Зюганов огорошил всех результатами своего контент-анализа Нагорной проповеди и Морального кодекса строителей коммунизма.

Здесь впору было ахнуть. Известно ведь, что моральный кодекс строителей коммунизма возник конце правления Никиты Хрущёва. Эти новые идеологические установки КПСС не были известны ни Марксу и Энгельсу, ни Ленину, ни Сталину. Даже деятели РПЦ позволили себе мягко напомнить Зюганову, что по мысли Ленина — классовая целесообразность и есть критерий добра и зла. До того, как коммунистическую идеологию попытались гуманизировать, исторический процесс шёл под звуки гильотины, как предсказывал Карл Маркс, через революции, восстания и диктатуру пролетариата.

С тех пор отечественные «беззаветные революционеры социалистических идеалов», наговорили столько благоглупостей, что шутка про «моральный кодекс слушателей Нагорной проповеди» кажется вполне себе невинной. При этом болтовня членов КПРФ не сопровождается никакими признаками улучшения жизни пролетариев, за которых они каждый день рискуют жизнью, намазывая на хлеб икру. Такие «революционеры» только дискредитируют социалистическую идею.

Не лучше, впрочем, обстоят дела на противоположном фланге. Осенью этого года журнал РАНХиГС «Государство» опубликовал очередную статью одного из идеологов действующей власти — начальника управления президента по вопросам мониторинга и анализа социальных процессов Александра Харичева. В ней он даёт новое определение веры, очевидно, с патриаршьего благословения распространённое, по крайней мере, в среде кремлёвских политтехнологов: это то, что помогает людям охотнее умереть, что позволяет им не дорожить жизнью, потому что есть вещи поважнее. Это, по Харичеву, и есть «цивилизационный код» россиян: они не слишком ценят свою жизнь и жизнь других. Это больше похоже на оруэлловское утверждение, что вера — это смерть (ведь отрицание ценности жизни и есть влечение к смерти).

Разумеется, ничего подобного в Библии нет. В Библии жизнь — величайший дар Бога. Господь говорит: «Я есмь путь, истина и жизнь». Жертва Спасителя огромна, потому что он отдал свою жизнь за спасение людей. Он стал человеком, чтобы разделить с ними человеческую жизнь. «Смертию смерть поправ» во имя жизни.

Всего лишь два примера того, как знание «матчасти» помогает разглядеть совсем не бескорыстное и не безобидное политическое лукавство. Поэтому Библию читать, конечно, надо. Внимательное чтение Библии, например, довело Мартина Лютера в XVI веке до Реформации, кардинальным образом изменившей жизнь Европы — не только в духовном и культурном, но и экономическом плане.

Век спустя суровые государственные гонения сподвигли к внимательному чтению Священного писания российских раскольников-староверов. В результате в стране появился целый пласт людей, которому Россия обязана своими самыми большими успехами в экономике и сохранении культурного наследия.

Известный факт, что один из наиболее глубоких исследователей русской жизни, специально выписанный для этого из Пруссии императором Николаем Первым, барон фон Гакстгаузен очень удивлялся, зачем русских втиснули в православие. По мнению барона, русские люди очень дельные, трудолюбивые, торговые (просто помешаны на торговле и на зарабатывании денег), очень значительная их часть «просто помешана на богатстве»:

А православие только стесняет русских в таком проявлении «духа и дел»:

Гакстгаузен писал царю, что русским в религии свойственны два пути. Один для самых «суетливых» — протестантизм русского типа, типа духоборов. Но в этом пути он видел одну опасность:

Второй же путь, «для обстоятельных тружеников и торговцев» — тоже фактически русский протестантизм, староверие, в котором Гакстгаузен находил очень много общего с кальвинизмом:

Сегодня мы снова стоим на определённой нравственной развилке, не всегда зная, в какую сторону двигаться, чью идеологическую позицию принять. Для этого есть примерно два способа.

Один — тот, который исповедовал один знакомый чиновник региональной администрации, который советовал при любых признаках сомнения: «Слушайте нашего президента».

Другой — внимательно читать Библию.

Илья Неведомский
СамолётЪ