«Номенклатурный профсоюз». Почему «Единая Россия» — это «КПСС сегодня»?

Созданная 20 лет назад силовиками, олигархами и представителями новой номенклатуры «Единая Россия» стала фактическим аналогом КПСС — «руководящей и направляющей силы советского общества» — только в новых условиях и без идеологического флёра. На советскую компартию «Едро» похожа тем, что стала «становым хребтом» госуправления. Без которого России грозит оказаться в положении СССР перед распадом.

Фото: kommersant.ru

Органический острослов Виктор Черномырдин не зря говорил про партийное строительство в новой России: «Какую партию ни начнём строить, всё получается КПСС». С «Единой Россией», которая поначалу состояла из двух частей-движений «Единства» (Шойгу) и «Отечество — Вся Россия» (Лужков — Примаков), так и случилось.

Тут ничего и придумывать не надо — всё произошло на наших глазах. Когда нынешний президент стал министром, когда прежние советские активы оказались поделены, у переформатированной элиты страны возник чёткий классовый интерес: защитить «завоевания» распада СССР и приватизации.

Примерно такую же задачу в своё время решали пришедшие к власти большевики. Но у них для начала была идеология марксизма-ленинизма, которую много позже заменил инстинкт номенклатурного самосохранения. А внуки большевиков начали сразу со второй части — с защиты своего права на власть и собственность.

А поскольку ничего другого в «анамнезе» не было, выбрали всё тот же, доставшийся от КПСС номенклатурно-монопольный подход. Владимир Путин назвал его «вертикалью власти», а, например, Виктор Черкесов — «чекистским крюком», зацепившись за который спаслась Россия.

То есть парадоксальным образом наследниками партийных бонз позднего советского застоя на самом деле стали не нынешние коммунисты из КПРФ, а антикоммунисты-чиновники и олигархи.

Так родилась модель управления, близкая к советской, с собственным «Политбюро 2.0», образ жизни которой лучше всего описывается известной поговоркой: «своим — всё, а остальным — закон».

Союз олигархов и молодых голодных номенклатурщиков с лёгкой руки Владислава Суркова создавался для общей благой цели — не допустить реставрации «совка». Но очень быстро система подмяла весь крупный бизнес, превратив бизнесменов в назначенцев номенклатуры, по сути, в своего рода «держателей активов». Самый свежий пример — группа компаний «Рольф», крупнейший автодилер России и создавший её с нуля бывший депутат Сергей Петров, у которого, на его беду, оказались свои взгляды на политику. В результате Петрову пришлось уехать из России, а с бизнеса взыскивают 13 млрд доходов.

Похоже, дело показательно-поучительное для других бизнесменов. Помнится, как ещё в конце 90-х-начале нулевых другой предприниматель — Алексей Мордашов твердо заявлял, что он и его активы «вне политики». А сегодня, похоже, депутаты, поддержанные деньгами и ресурсами «Северстали», представляют «Единую Россию»...

И это не случайно. Если, к примеру, сделать напрашивающееся допущение, что «Единая Россия» -это на самом деле никакая и не партия. Скорее — это институт управления и одновременно своего рода «номенклатурный профсоюз», в который вступают для того, чтобы, например, сделать карьеру, защитить/развить бизнес, повысить социальный статус. То есть фактически для того же самого, для чего в позднем Советском Союзе вступали в КПСС.

И именно потому, что «Единая Россия» — не партия, она и непобедима на любых выборах, поскольку сама устанавливает правила и сама же их меняет при необходимости. Впрочем, до семидесятилетнего рекорда «непобедимости» КПСС двадцатилетней «ЕР» ещё далеко.

Сегодня, празднуя юбилей «Единой России», её видные функционеры обязательно упоминают о том, что, мол, партия в «лихие 90-е» «остановила развал страны». И в определённом смысле они правы, если иметь в виду, что из уже развалившегося СССР был вынут управлявший им и соединявший его «хребет» — компартия. А в оплывшее «тело» одного из остатков империи — России — воткнули новый стержень — «Единую Россию».

Она её держит до сих пор, правда, требуя очень много ресурсов взамен. В жертву монополии на власть, к сожалению, принесено развитие регионов. Из них сперва вынимаются налоги, а потом то, что остаётся в федеральном центре, перераспределяется обратно, «на места», совершенно непрозрачным образом в виде дотаций, субвенций, «нацпроектов». В жертву принесена кадровая меритократия, заменённая узким горлышком номенклатурной выслуги и личной преданности. Что не могло не сказаться, в том числе, на эффективности экономики: в начале нулевых по инерции, заданной в те самые «лихие 90-е», она росла темпами, превосходящими темпы роста многих других стран, а сейчас, в пору «стабильности», рост упал практически до нуля. Потянув за собой и реальные доходы большинства россиян.

Характерный пример — динамика курса доллара: новая власть принялась «беречь Россию» при курсе в 25 рублей за доллар, сейчас доллар стоит в рублях в три раза дороже.

С «Единой Россией» во главе новая Россия намного быстрее, чем Советский Союз с КПСС, оказалась в застое, похожем на поздний брежневский. Родовые его признаки налицо: помимо уже упомянутых проблем в экономике, мы имеем дело с отставанием в финансовом, технологическом и научном соревновании с Западом («СпутникV», сделанный ещё советскими учёными, не в счёт). В международных отношениях — призраки изоляции и холодной войны. Во внутренней политике — глухое недовольство властью и «Единой Россией», прежде всего.

А на носу — «транзит» 2024 года, который может стать проверкой на прочность не только партии, но и всей системы власти. И зря радуются те, кто предвкушает, что система этой проверки не выдержит, потому что в таком случае худо придётся всем. КПСС ушла в небытие вместе с СССР, а у «Единой России» ведь тоже нет ничего, кроме России...

Илья Неведомский
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.