Датчик. Начало большого конца. Кто сказал: «пли!»?

22 января (9 января по старому стилю) 1905 года в столице России — Санкт-Петербурге произошли события, известные под названием «Кровавое воскресенье». 116 лет назад ход истории страны круто изменился. Лев Толстой после расстрела мирной демонстрации написал: «Теперь за Николая никто не заступится…».

Фото: fineartamerica.com

В этот день была утрачена вера в доброго, справедливого царя, и это открыло дорогу революции. А ведь никаким бунтом в «кровавое воскресенье» и не пахло, рабочие шли к Зимнему дворцу с царскими портретами и хоругвями. Они намеревались вручить петицию своему государю. Войска не пропустили их и открыли огонь. По официальным данным было убито 130 человек, по данным революционных авторов — около 4 600 погибших (в дальнейшим именно эту цифру использовал Владимир Ленин).

До сих пор не установлено, кто персонально отдал приказ стрелять на поражение. Царь Николай II в этот день был в Царском Селе. Войскам был отдан приказ не пропускать колонны демонстрантов к центру города. Но указаний, как поступать, если рабочие не подчинятся приказу повернуть обратно, не было, и вопрос о применении оружия не рассматривался. Есть версия, что стрельба была начата по инициативе командиров невысокого ранга, решение было военным. Сохранились свидетельства одного офицера, который наивно сказал: ну, как же было не стрелять, когда нас вывели с оружием?

Как всё началось

16 января (3 января по старому стилю) 1905 года на Путиловском заводе начался мятеж. Причиной стало несправедливое, по мнению рабочих, увольнение нескольких работников. За несколько дней мятеж охватил 382 предприятия Петербурга, фактически парализовав всю работу. К 21 января в мятеж были вовлечены боле 200 тысяч человек, было принято решено идти к царю, чтобы доставить ему «требования народа». Поход к царю предложил лидер Собрания русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга Георгий Гапон. Она была принята с восторгом.

Чего хотели?

Была составлена петиция, в которой значилось, что «рабочие и жители Петербурга разных сословий с женами, детьми и старцами, пришли к нему, к государю, искать правды и защиты».

«Мы обнищали, — писали они, — нас угнетают, обременяют непосильным трудом, над нами надругаются, в нас не признают людей, к нам относятся, как к paбам, которые должны терпеть горькую участь и молчать. Нет больше сил, государь! Настал предел терпению. Для нас пришел тот страшный момент, когда лучше смерть, чем продолжение невыносимых мук. Нам некуда больше идти и незачем. У нас только два пути: или к свободе и счастью, или в могилу».

Петиция народа к царю содержала конкретные требования

Меры против невежества и бесправия народа:

  1. освобождение всех, пострадавших от политических убеждений;

  2. объявление свобод и неприкосновенности личности;

  3. общее народное образование за счет государства;

  4. ответственность Министров перед народом;

  5. равенство всех перед законом;

  6. отделение церкви от государства.

Меры против народной нищеты:

  1. отмена косвенных налогов;

  2. отмена выкупных платежей за землю;

  3. исполнение всех государственных заказов внутри страны, а не за границей;

  4. прекращение войны.

Меры против гнета капитала над рублем:

  1. отмена фабричных инспекторов;

  2. создание на всех заводах и фабриках рабочих комиссий;

  3. свобода профсоюзов;

  4. 8-ми часовой рабочий день и нормирование сверхурочной работы;

  5. свобода борьбы труда с капиталом;

  6. увеличение заработной платы.

В этот же день, 21 января (8 января), Гапон передал копию Обращения к царю министру юстиции Николаю Муравьеву.

Кровавая бойня

Правительству стал очевиден революционный характер требований.

Поэтому с утра на магистральных направлениях стягиваются военные части, перекрывается центр города.

9 января началось массовое шествие колоннами к Зимнему дворцу.

К 6 часам утра в город было введен 26,5 пехотных рот (порядка 2,5 тысяч человек), которые начали располагаться с целью, как писал впоследствии Витте, «не допускать далее известных пределов, находящихся на Дворцовой площади».

Утром 9 января больше 100 тысяч человек из нескольких рабочих районов Петербурга — Нарвской и Невской заставы, Выборгской и Петербургской стороны, с Васильевского острова — начали двигаться к Дворцовой площади. По плану Гапона, колонны должны были преодолеть заставы на окраинах города и к двум часам дня соединиться на Дворцовой площади. Как на крестном ходу люди несли в руках хоругви, кресты, иконы и портреты императора. Во главе одного из потоков шёл священник Гапон. Демонстранты вели себя исключительно мирно. В колоннах были женщины и дети.

Солдаты действовали по-разному. Например, возле Нарвской заставы они открыли огонь на поражение. А вот процессию, двигавшуюся по нынешнему проспекту Обуховской обороны, войска встретили на мосту через Обводный канал. Офицер объявил, что не пропустит людей через мост, а остальное — не его дело. И рабочие обошли заслон по льду Невы. Именно их и встретили огнем на Дворцовой площади.

По митингующим стали стрелять прицельным огнём. К 12 часам дня было разогнано шествие на Петроградской стороне. Отдельные рабочие перебирались по льду через Неву и мелкими группами проникали в центр города, где их также встречали огнем.

По данным полицейских отчётов, стрельба была вызвана нежеланием толпы разойтись. Погибли мужчины, женщины, дети.

Столкновения с полицией продолжались всю неделю. Георгию Гапону удалось скрыться, его спрятал на своей квартире Максим Горький. По воспоминаниям очевидца, поэта Максимилиана Волошина, в Петербурге о тех событиях говорили так: «Последние дни настали. Брат поднялся на брата... Царь отдал приказ стрелять по иконам».

Январские дни стали мистическим прологом великой народной трагедии. В этот день началась Первая русская революция. Российская империя устремилась к своему краху.

Евгения Васильева
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.