«Сдохни или умри». Как российское здравоохранение оказалось не готово к пандемии

Коронавирус обнажил недостатки реформы отечественной медицины и подгонки зарплаты медиков под майские указы президента за счёт сокращения персонала.

Фото: ТАСС

Уже более 10 000 человек заразились коронавирусом в России. Как сообщил оперативный штаб, за последние сутки (по состоянию на 9 апреля) выявлено 1459 новых случаев заболевания COVID-19. Это рекордный для России суточный прирост подтвержденных случаев заражения, предыдущий рекорд был зафиксирован накануне, когда оперштаб отчитался о 1175 заразившихся. Всего заболевших — 10 131 человек.

На фоне других поражённым модным вирусом стран эти цифры смотрятся обнадёживающе. Это даже позволило руководителю федерального медико-биологического агентства (ФМБА) и бывшему министру здравоохранения Веронике Скворцовой заявить, что ситуация с заболеваемостью в стране пока развивается «по одному из самых благоприятных сценариев». Скворцова ожидает пика заболеваемости COVID-19 в России через 10–14 дней и спад, который может продлиться до середины июня.

Но даже в таких достаточно мягких условиях у отечественного здравоохранения уже успели обнаружиться серьёзные проблемы. Более того, как утверждают сами медики и эксперты, скоро медицинской системе страны грозит дефицит буквально всего — врачей, средств защиты, коек, аппаратов ИВЛ, тестов, лекарств. Во всяком случае, таков вывод расследования, проведённого «Ведомостями», проанализировавшими данные системы здравоохранения.

Врачи

В каких условиях сегодня работают врачи? «Сдохни или умри — так можно описать наши смены сейчас, — пишет в своем Instagram медсестра недавно перепрофилированной больницы Москвы. — Мы все в „грязной зоне“ работаем в следующем обмундировании: хирургическая пижама, сверху защитный костюм, очки, респиратор, две пары перчаток, резиновая обувь, бахилы.

В „грязной зоне“ нельзя снимать ничего <...> а это значит, нельзя: пить, есть, сходить в туалет, а в какой-то момент становится почти невозможно дышать <...> Утром после суток напряженной работы в респираторе я уже рыдала от бессилия», — пишет она.

Вскрытые пандемией системные проблемы заложены «оптимизацией» инфекционной медицины в ходе реформы здравоохранения и майскими указами Владимира Путина. СамолётЪ неоднократно рассказывал, как ради выполнения одного из KPI указов — роста средней зарплаты в здравоохранении — Минздрав сократил средний и младший медперсонал.

Майские указы Путина от 2012 года требовали повышения средних зарплат в здравоохранении на 200% к 2018 году. Главным способом выполнить это требование стало сокращение персонала и перевод оставшихся людей на несколько ставок — это помогало показать на бумаге большие зарплаты, писал РБК в 2015 году.

В результате, по данным Росстата, с 2013 по 2019 год число младших медработников сократилось в 2,6 раза, до 265 тысяч человек, среднего персонала — на 9,3% до 1,314 млн, врачей — на 2%, до 704 тысяч человек.

Инфекционистов по сравнению с 2011 годом стало меньше на 10% — сейчас в России их всего около 7 тысяч.

С советских времен в 2,4 раза сократилось число коек инфекционного профиля — со 140 тысяч в 1990 году до 59 тысяч к 2019-му.

Уже на старте эпидемии это приводит к дефициту медиков и нечеловеческим условиям их работы. На обещанные президентом «коронавирусные» доплаты выделено 10 млрд рублей — по 80 тысяч рублей в месяц врачам и 25 тысяч младшему персоналу. Но профсоюзы считают, что сверхурочная работа с вредом для здоровья должна оплачиваться гораздо выше, и не только врачам, но и всем медработникам, которые в обычное время сильно недополучают. Зарплата фельдшеров без категории на «скорой» в Санкт-Петербурге на 1,5 ставки сейчас составляет около 60 тысяч рублей, пишут «Ведомости».

Защита

Проблемы со средствами защиты повсеместны — даже в Москве медперсоналу некоторых больниц рекомендуют шить свои повязки, а купить комплект защиты, в котором был Путин во время визита в госпиталь в Коммунарке, журналистам «Ведомостей» не удалось вообще. Частично это общемировая проблема, частично — следствие недостатка отечественных мощностей. В России работают заводы иностранных компаний — например, главного в мире производителя масок 3M — но у них возникли сложности с импортом комплектующих из-за закрытия границ.

Дефицит масок (их нужно не менее 15 в день на медработника) и противочумных костюмов вынуждает медперсонал использовать суррогаты или пренебрегать защитой, и это одна из самых больших угроз. По опыту Италии, незащищённые медики не только заражаются и умирают сами, тем самым уменьшая ёмкость системы здравоохранения, но и сами становятся источниками инфекции.

«Я восхищен нашим бизнесом, который мгновенно перестраивается под потребности рынка. Вологодская компания обеспечивала матрасами мебельные производства и потребителей по всей России, но смогла перепрофилировать мощности и выпускать крайне востребованную продукцию, — сказал губернатор области Олег Кувшинников, объявляя о начале производства в регионе защитных масок. — В первую очередь, масками мы обеспечим группы риска — волонтеров, сотрудников полиции, а также предприятия и организации, которые продолжили работу в условиях карантина для обеспечения продовольственной безопасности и стабильности экономики региона». Медиков в этом перечне нет.

Оборудование

Похожая ситуация с лекарствами от коронавируса и с аппаратами искусственной вентиляции легких (ИВЛ): на рынке дефицит, собственное полноценное производство не налажено, а в мире они требуется всем.

По данным Минздрава, на конец 2018 года в России было не более 47 106 аппаратов ИВЛ, из них 33 974 — в отделениях реанимации, но их средний возраст и состояние неизвестны. К тому же значительная часть ИВЛ занята другими пациентами. В целом по стране около половины аппаратуры в медучреждениях старше шести лет.

С наличием и реальным состоянием ИВЛ проблемы: в некоторых регионах их в разы меньше нормы, писало издание «Проект», а, например, в Нижегородской области из 1100 аппаратов ИВЛ 300 оказались сломаны, говорил замгубернатора области, в прошлом известный медицинский аналитик Давид Мелик-Гусейнов. Не меньшая проблема — нехватка кислородных смесей для питания аппаратов. «Если тысячи начнут поступать в больницы, спасать их нечем», — сказал «Ведомостям» директор одного из медицинских фондов.

Как заявил в эфире программы «Вечер с Владимиром Соловьевым» на телеканале «Россия 1» вологодский губернатор Олег Кувшинников, области при лучшем сценарии развития пандемии потребуется не менее 400 аппаратов ИВЛ. В наличии в регионе есть 250 дефицитных аппаратов. Ещё 150, пообещал Кувшинников, придут к 20-25 апреля. Причём, по словам губернатора, они закупаются за счёт разных источников, в том числе помогают компании «Северсталь» и «ФосАгро», чьи активы расположены на территории региона и компания «Playrix», основатели которой братья Бухманы имеют вологодское происхождение. Они выделяют деньги на закупку и средств индивидуальной защиты, и аппаратов ИВЛ.

Что дальше

В том же прямом эфире Олег Кувшинников признался, что старается даже не думать о про пессимистичный сценарий развития коронавирусной ситуации.

«Я вам честно скажу, если мы пойдем по неблагоприятному сценарию, то у нас нагрузка на медицину вырастет в разы. И нам не хватит ни реанимационных коек, обеспеченных кислородом, ни аппаратов ИВЛ, и это не только у нас в области, это в целом по стране», — заявил губернатор Вологодской области.

На самом деле нормативы запасов ИВЛ, коек, средств защиты и лекарств в России рассчитаны на пандемию гриппа: болеет 10% населения, из них 10% требуется госпитализация, а из них 1,2% — аппараты ИВЛ. Коронавирусом, по мнению ВОЗ, могут заразиться до 30–40% популяции, госпитализировать требуется 20% заболевших, у 5% болезнь протекает в тяжелой форме, 1–2% требуются ИВЛ. Похожие пропорции, хоть и на небольшой статистической базе, уже наблюдаются в Подмосковье: из 550 зараженных госпитализировали 170 человек (31%), а 10 (2%) — находились на ИВЛ, сообщил накануне губернатор Андрей Воробьев.

Расчет доцента МГУ Михаила Тамма на основе модели университета Базеля дает 37 тысяч зараженных и 250 умерших к концу июня только в Москве, причем при жёсткой самоизоляции. В этом случае пик придется на май, и система, хотя и с огромным трудом, переварит пандемию. Но, если сохранятся нынешние тенденции, по России число заражённых с учетом невыявленных случаев достигнет 1 млн человек к концу мая (включая невыявленные случаи).

Подготовил Антон Юрьев
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.