Атмосфера запрета. Крах последних проектов режиссёра Звягинцева свидетельствует: искусство в России снова стало подцензурным

Сформирована атмосфера, в которой механизм запрета срабатывает автоматически, на уровне самоцензуры, изнутри разлагая сознание продюсеров, инвесторов и самих кинематографистов.

Фото: versiya.info

Пожалуй, первым открыто сказал об этом авторитетный кинокритик, обозреватель «Коммерсанта» Андрей Плахов. В своей колонке он просто привёл пример злоключений одного из самых авторитетных и успешных российских режиссеров — Андрея Звягинцева, который после фильмов «Левиафан» и «Нелюбовь не может больше реализовать ни одного проекта.

В 2018 году режиссёр собирался снимать фильм о блокадном Ленинграде. Однако по каким-то таинственным причинам, явно некоммерческого свойства, проект не реализовался. При этом неожиданно распался и альянс Звягинцева с Роднянским, режиссер начал сотрудничать с другим продюсером — Ильей Стюартом.

С новым продюсером режиссёр затеял новый проект — в центре которого должен быть наш соотечественник, «состоятельный человек средних лет, владелец дома на берегу Средиземного моря». Сам Звягинцев, не раскрывая сюжетных тайн, дал понять Плахову, что это кино «о том, что сейчас волнует всех, касается всех», но «о чем не принято говорить».

Сценарий получил высокую оценку экспертного совета «Кинопрайма», рассказывает автор «Коммерсанта», частного кинофонда, основанного Романом Абрамовичем, на разработку проекта уже были затрачены немалые деньги, выбрана натура для съемок в Испании, которые должны были начаться предстоящей весной. И вдруг опять облом: и кинофонд, и продюсер отказываются от дальнейшей работы.

Как можно понять, из международного проекта, в который уже вложена серьёзная сумма европейских средств, внезапно вышли российские инвесторы.

Цепь этих «странных» событий позволяет Плахову сделать вывод: за последние пять лет искусство в России вновь угодило под пяту цензуры.

«Той самой, которая запрещена Конституцией, и нет даже никакой необходимости этот параграф законодательства менять: все и так прекрасно работает в нужную сторону, — пишет критик.- Сформирована атмосфера, в которой механизм запрета срабатывает автоматически, на уровне самоцензуры, изнутри разлагая сознание продюсеров, инвесторов и самих кинематографистов».

Скорее всего «спусковым крючком» травли Звягинцева стал его «Левиафан», получивший оскаровскую номинацию в категории «Лучший зарубежный фильм, но в итоге признанный Министерством культуры «антигосударственным» и «русофобским».

«Слишком жгли глаза сугубо российские реалии и фактуры, — считает Андрей Плахов. — А финальная саркастическая сцена в храме, который был построен „не теми, не там и не для того“, гротескно рифмовалась с сакраментальным вопросом, поставленным тридцать лет назад в „Покаянии“ Тенгизом Абуладзе: „Зачем дорога, если она не ведет к храму?“ Не забудем, что на дворе был 2014-й — год резкого консервативного поворота».

После чего Минкульт не только перестал давать Звягинцеву деньги, но и, как видим, распугал всех частных инвесторов. Они теперь, видимо, просто боятся связываться с режиссёром.

Этот страх иррационален: никто станет объяснять, почему «сценарий, где не едят детей и не призывают к терроризму, вчера казался вполне проходимым, а сегодня перестал им быть». Просто всем стал понятен список табу и отчётливо видны красные линии, которые нельзя переходить в современном российском государстве.

Человек, запустивший в обращение этот страх, который, по выражению самого Андрея Звягинцева, «язык дьявола, главного производителя рабов и рабского сознания», уже не возглавляет министерство. Но, скорее всего, от этого легче не будет.

Новый руководитель ведомства Ольга Любимова два года возглавляла департамент кинематографии Минкульта. В этой должности Любимова запомнилась в том числе отзывом прокатного удостоверения «Смерти Сталина» в 2018 году. При ней же обсуждалась инициатива ограничить показ одного иностранного фильма долей в 35% от общего числа сеансов в кинотеатре в течение дня — к концу 2019 года эта идея в чуть видоизмененном виде превратилась в законопроект. Звучали претензии и к неразборчивой жесткости, с которой департамент Любимовой ужесточил контроль за господдержкой кинематографии. Достаточно вспомнить ту жуткую последовательность, с которой департамент кинематографии разоряет другого режиссёра — автора драмы «Айка», тоже получившей оскаровскую номинацию и приз Каннского фестиваля, — Сергея Дворцева. Так что потепления творческой атмосферы ждать не приходится. Тем более, что прежний министр Мединский стал помощником президента по культуре и наверняка будет внимательно следить за своей сменщицей.

Сергей Михайлов
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.