«Игра в будущее». «Страсти» вокруг набережной — яркое проявление раздвоенности Вологды, стремящейся быть сразу и «памятником» и «современным городом»

На эту особенность местной градостроительной политики обратили внимание и в обеих российских столицах. Там с сожалением наблюдают за тем, как на глазах исчезает «чудеснейший уголок старой России».

Фото: ТАСС

Это общее чувство столичных людей (не чиновников, конечно, у которых, кажется, совсем другое чувство прекрасного), привыкших рассматривать Вологду и другие подобные ей исторические города провинциальной России в качестве «памятника», попытался выразить обозреватель dp.ru Алексей Лепорк.

То, что происходит сегодня с и вокруг вологодской набережной, он называет не иначе, как «одним из самых катастрофических сюжетов», связанных с понятием «исторический ландшафт русского города». Автор справедливо говорит о том, что Вологда остаётся одним из немногих уцелевших «чудеснейших уголков старой России» — большинство же таких «уголков» в европейской части страны от западной границы до Москвы и нижней Волги практически полностью погибли в войну и «советское лихолетье».

Но ещё большее обаяние Вологде придавали травяные пологие берега реки. Там не было набережной, никогда. Но был тот самый неповторимый городской ландшафт и пейзаж, воспевание которых принесли всемирную славу Саврасову, Шишкину, Васильеву, Поленову.

И это не характерная черта не только русского сентиментализма, справедливо полагает Лепорк: преданность родному, пусть даже сиротскому, пейзажу — лучшее свидетельство гордости за родную землю.

«Нет тому лучшего подтверждения, чем история пейзажа в европейской живописи, — пишет автор. — Картины своей любимой страны подарили всему миру голландцы в XVII веке, с трудом обретя независимость. За ними последовали англичане с полями поместий Гейнсборо и мельницами, и ручьями Констебла. Там родилось это сентиментальное сочетание своего поля и своего собора (в частности, в Солсбери)».

До последнего времени этот старорусский городской уголок — элемент нашего национального «культурного кода», как принято сейчас выражаться, с его деревянными домиками, старой церковью и тихим берегом реки можно было увидеть в Вологде. Но, видимо, скоро эта возможность уйдёт навсегда.

К Вологде уже довольно долгое время пытаются прививать некий «евростандарт», придуманный чиновниками и для чиновников, стандарт, который в их казённом восприятии должен приличествовать «столице», пусть и провинциальной. Так в центре Вологды появляется единственный «небоскрёб» — здание областной администрации, тут же названный в народе «Белым домом». Очевидно, те же побуждения сейчас заставляют из пологих травяных берегов реки Вологды делать «правильную» бетонную набережную.

Её первые признаки тот же Лепорк увидел ещё несколько лет назад, на одном из берегов Вологды сразу за мостом после Соборной: бетон в сочетании с несколькими старыми ампирными особняками вызвал ощущение «какой-то искусственности, будто это новый квартал, „игра в прошлое“».

Сейчас в Вологде идёт скорее «игра в будущее»: городскому руководству хочется руководить не только «памятником», пускай и национального или даже мирового значения. Хочется сделать Вологду «современным городом». Желание понятно, но результат, предчувствует Лепорк (а вместе с ним и активисты, пытающиеся как-то противостоять реконструкции), может получиться плачевным: «Лицо Вологды сотрут. И место для вашего личного Саврасова или Поленова исчезнет навсегда».

Стране довлеет московский опыт вольного обращения с городским историческим пейзажем — оттуда пошла по стране мода изобретать пейзаж и получать «Фостера третьего разлива». Яркий пример последнего времени — столичное Зарядье.

Лепорк предупреждает об опасности бездумной «игры в будущее», создающей в ценре одного их последних оставшихся в живых больших русских городов «ровное, цивильное и для прогулок удобное» пространство, оборачивающееся «худшей, тупейшей проекцией придуманного в нашей стране евростандарта на родной пейзаж».

Сергей Михайлов
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.