«Точка кипения» в холодной экономике. Накануне в Череповецком госуниверситете открылось новое «образовательное пространство»

На первый взгляд, у очередной попытки придать новый импульс развитию «человеческого капитала» и несырьевого бизнеса, мало шансов вырваться из сферы отечественной экономики природной ренты.

Фото: chsu.ru

Проект, инициированный АНО «Платформа НТИ», стартовал во вторник, 21 мая, одновременно в 13 вузах страны.

Как отметил ректор ЧГУ Дмитрий Афанасьев, для университета «Точка кипения» — следующий шаг развития вслед за открывшимся в прошлом году Региональным научно-техническим центром, о котором, кстати, уже писал СамолётЪ. То есть ещё одно «социальное пространство» для коммуникации студентов, преподавателей, представителей бизнеса и власти.

«Они совместно пытаются решить те проблемы, которые есть у университета, города, региона и страны. То есть это место, где вырабатываются новые решения, создаются и реализуются проекты, возникает единство заинтересованных, мотивированных, талантливых и ярких людей, которые обеспечивают прорыв в экономике и в социальном развитии», — отметил ректор опорного вуза Вологодской области.

Заместитель губернатора этой области Виталий Тушинов был более конкретен и практичен, заявив, что руководство региона ждёт от проекта и самого ЧГУ «новые кадры высококвалифицированных специалистов», способных «мыслить по-новому, развиваться по-новому».

Того же, в общем, ждут и представители бизнеса, вовлечённого в цифровую экономику. Например, Владимир Бритвин, генеральный директор ЗАО «Ультракрафт» и член Стратегического совета ЧГУ, надеется, что «Точка» поможет удержать способную молодёжь от отъезда в Москву и Санкт-Петербург, потому что, по его мнению, у Череповца есть «все предпосылки стать частью мировой экономики».

Наконец специальный представитель президента России по вопросам цифрового и технологического развития Дмитрий Песков заявил, что ключевая задача университетских «Точек кипения» — ни много ни мало — «вовлечение регионов, региональных отраслевых университетов в технологический прорыв».

ЧГУ выбрал себе специализацию в двух направлениях: «Технет» (компьютерное моделирование технологических процессов и систем; аддитивные технологии и цифровое производство; новые материалы, в том числе передовые полимеры; внедрение «умных» сенсоров и инструментов управления в производственное оборудование; промышленная робототехника; информационные системы управления предприятием) и «Нейронет» (машинное обучение; нейроинтерфейсы и технологии виртуальной и дополненной реальности).

Хотя приглашённый на презентацию председатель биотехнологического кластера Вологодской области Михаил Кутузов намекал, что неплохо бы заняться более свойственным региону и приземлённым «Фуднетом» — технологической платформой, объединяющей производителей пищевых продуктов единым видением перспективного развития пищевой отрасли...

Все эти планы и мечты неизбежно должны будут столкнуться с суровыми буднями отечественной экономики. И дело даже не в том, что согласно консенсус-прогнозу 25 экономистов российских и зарубежных инвестбанков, Института экономики РАН, «Лукойла» и «Камаза», опубликованному 20 мая Центром развития Высшей школы экономики, в России ожидается замедление роста ВВП до 1,3% в 2019 году с незначительным ускорением дальше — до 2% в 2024 году.

Беда в том, что наша экономика, считают эксперты, до сих чрезвычайно архаична. Её основу, как где-нибудь в бедных Тунисе или Эквадоре, составляет экономика природной ренты. И лишь благодаря нефтяным доходам Россия может позволить относить себя к странам со средне-высокими доходами, наряду с Бразилией или Китаем. Хотя всё время стремится сравнивать себя с самыми развитыми странами из ОЭСР. Эти амбиции подтверждают и последние «Точки кипения».

Как образно отметил в авторской колонке для «Ведомостей» ректор бизнес-школы «Сколково» Марат Атнашев, российская экономика сочетает в себе три экономических времени. На уже упомянутой архаичной экономике природной ренты, «как на теле огромной рыбы-кита, расположилось лоскутное одеяло локальных рынков. Эту часть можно принять за традиционную рыночную капиталистическую экономику развитых стран. Но это островная, туземная экономика, слабо связанная с глобальной, отделенная от нее высокими барьерами (сложной географией, языком, таможенными пошлинами и проч.). Есть и третья, небольшая новая экономика, успешно интегрированная в экономику глобальную, где прочно доминирует человеческий капитал».

Причём, по мнению автора, экономика природной ренты — это не только нефть, газ, уголь и металлы, но и сельское хозяйство, лесная промышленность, а также вся система распределения ренты: «Это больше 90% нашей экспортной выручки и более двух третей бюджета. Источник ценности здесь — природная рента. Доступ к ней можно получить силой или лояльностью. Труд, человеческий капитал тут в лучшем случае дополнение, а часто — обременение».

Между тем, экономика будущего отличается от экономики прошлого в первую очередь не продвинутостью технологий, набором отраслей, количеством роботов или мощностью искусственного интеллекта, а правилами игры, глобальной открытостью и опорой на человеческий капитал.

Или, как отметил накануне советник нового президента Украины, для экономического успеха страны нужны три составляющие: «верховенство права, верховенство права и верховенство права».

Для того, чтобы сделать не формальный, а реальный рывок в будущее, нужно сделать ценностный выбор — на индивидуальном и на государственном уровне. Первый уже делается — наши предприниматели, чиновники и топ-менеджеры почти поголовно стремятся дать детям международное образование, т. е. возможность участия в глобальной экономике.

Дело за государством, которое на деле должно подтвердить, что «Точки кипения» — это не декорация «экономики будущего», а стратегический выбор развития страны.

Илья Неведомский
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.