Возить — не перевозить. В Вологодской области удалось добиться выполнения только одной цели мусорной реформы

Пока только появилась система вывоза мусора в определённые места. Всё остальное: прозрачность, эффективность и контролируемость системы по обращению с отходами — вызывает вопросы.

Фото: cherinfo.ru/«Аквалайн»

Накануне в Череповецкой мэрии прошла так называемая пресс-конференция, на которой заместитель губернатора Антон Стрижов, мэр города Елена Авдеева и руководитель регионального оператора — компании «Чистый след» Андрей Бредин отвечали на вопросы о ходе мусорной реформе в западной части Вологодской области. Мы применяем к мероприятию эпитет «так называемая» только потому, что, к сожалению, на него организаторами были приглашены лишь избранные медиа. И организаторов можно понять: вокруг мусорной реформы в обществе сегодня много недовольства, а попытки руководства региона и региональных операторов его развеять выглядят пока что достаточно слабо. Получилось ли лучше на этот раз? Попробуем понять, проанализировав отчёты допущенных на брифинг СМИ, и пост-релиз, подготовленный пресс-службой областного правительства.

А чтобы было проще это сделать, будем оценивать спичрайтеров по главному принципу театральной рецензии — «судить художника по тем правилам, которые он придумал для себя сам». Тем более, что они (спичрайтеры), похоже, явно готовились...

Итак, вот вам квинтэссенция реформы, её идеал, который обозначен в пост-релизе, полученном Самолётом: «Главные задачи „мусорной“ реформы — организовать прозрачную, эффективную и контролируемую систему по обращению с отходами, прекратить образование несанкционированных свалок и ликвидировать накопленный экологический ущерб». Только почему-то он (этот идеал) содержится не в начале, а в конце документа, словно авторы постарались максимально затруднить сравнение целей и задач реформы с первыми её «достижениями».

Первые радости

Как рассказала мэр города Елена Авдеева, до 2019 года в Череповце должны были заключать договоры на вывоз мусора 3800 юридических лиц, садоводческих товариществ, гаражных кооперативов, УК и коммерческих предприятий. При этом реально заключали договоры 1400 юридических лиц. Остальные вывозили отходы на несанкционированные свалки или без заключения договоров размещали его на площадках накопления многоквартирных домов. С введением новой схемы обращения с ТКО только в западной части региона объем мусора, размещаемый на полигоне, вырос до 34 %.

«Ежегодно в Череповце фиксировали порядка 40 тысяч тонн отходов, которые размещались на несанкционированных свалках. На их ликвидацию ежегодно тратили 10 миллионов рублей. По той причине, что выстроенной прозрачной системы с жестким контролем того, как происходит накопление — сбор — транспортировка мусора, не существовало. К тому же мы понимаем, что при современном подходе мусор должен пройти стадию сортировки, что позволит в конечном итоге снизить нагрузку на полигоны. Все это требует правильного системного подхода, что и было сделано», — рассказала Елена Авдеева.

Резюмируя слова мэра, можно сказать, что главным достижением реформы на третий месяц её действия стало появление системы, позволяющей свозить весь мусор, который раньше частично распределялся «по углам» (несанкционированные свалки), в одно-два места. Физически его там становится больше. Образование несанкционированных свалок (будем надеяться) прекращено. Бюджет, очевидно, сэкономит 10 млн руб., которые прежде тратил на борьбу с этими свалками.

Кривое зеркало

Осталось теперь разобраться, насколько прозрачна эта система, эффективна, кем и как контролируется.

Участники брифинга сами подняли вопрос, который является одним из основных критериев «прозрачности» — обоснованности нормативов и основанных на них тарифов. «В Череповце 1047 контейнерных площадок, где ежедневно накапливается 2704 кубометра мусора. Столько каждый день вывозит регоператор. По нормативу в день череповчане накапливают 2265 кубометров, или 318 тысяч в год. Поэтому нельзя говорить, что норматив завышен», — заявила Елена Авдеева. И сразу возник вопрос: почему же нельзя говорить, что тариф завышен, если мы имеем дело не с фактом, а с расчётной величиной? И буквально через несколько минут замгубернатора Антон Стрижов скажет, что точную информацию о том, занижен или завышен тариф, можно будет получить только по итогам года.

Пожалуй, с такими заявлениями мэру стоит быть осторожней. Тем более, известно, как рассчитывался норматив. Данные, полученные специалистами московского АНО «Институт развития регионов», вошли в проект приказа, размещённого на сайте департамента ТЭК за 4 октября 2017 года. А в самом приказе, устанавливающем нормативы накопления мусора для населения, расчётные цифры выросли более чем на 30% по сравнению с проектом. Если бы они остались такими, как планировалось в проекте, то жители многоквартирных домов, например, имели бы норматив не 7,2 литра в день, а 4,8. И платили бы, соответственно, не 140, а примерно 90 рублей в месяц.

«Мы готовы включить в работу общественный совет по вопросам ЖКХ, чтобы общественники могли все проверить и пересчитать», — заявила Елена Авдеева, несмотря на то, что общественники Вологды и Череповца уже сами подсчитали, что нормативы примерно в 2 раза превышают реальные показатели домохозяйств. Наверное, есть разные общественники, которые одни и те же вещи считают по-разному?

Двойная бухгалтерия

Соединив норматив с деньгами, мы получаем тариф на обращение с ТКО для населения, который, как известно, в Вологодской области составляет 140 руб. в месяц на человека в городе и 113 руб. на того же человека в сельской местности. Эти цифры вчера ещё раз повторил Антон Стрижов. После чего сделал заявление: «Плата за вывоз мусора в Вологодской области ниже, чем во многих других субъектах Российской Федерации. В среднем в год в Вологодской области человек платит 1,5 тысячи рублей, в Московской области — 3 тысячи, в Ленинградской 2800 рублей. В Башкирии, Свердловской, Удмуртской, Тульской, Нижегородской областях плата выше, чем в Вологодской области, — рассказал Антон Стрижов. — Мы находимся примерно в середине этой таблицы. В регионе приняты экономически обоснованные решения».

Понятно, что все эти слова были произнесены ради одной — последней фразы. Но откуда такая уверенность, что вологжанин платит в 2 раза меньше жителя Московской или Ленинградской области? Мы не поленились и посмотрели, как обстоят дела с оплатой вывоза мусора в этих регионах. Оказалось, для начала, что там принята кардинально иная система расчёта! Если в Вологодской области тариф считается «с человека», то в Подмосковье, как и на «Ленинградщине» — с квадратного метра жилплощади. Поэтому сравнивать тарифы можно очень условно. При этом, если площадь квартиры сравнительно невелика (например, 60-70 «квадратов»), а семья состоит из 4 человек, то под Москвой за мусор они платят 70×8 руб.= 560 руб.: 4 = те же 140 руб. с человека в месяц. А в Ленинградской области: 70×6,5 руб. = 455 руб. = 113,7 руб. с человека в месяц, т.е., как в Вологодской области на селе.

Ладно, простим это небольшое лукавство. Но вчера было еще рассказано, на что будут тратиться полученные с населения средства.

«50% в тарифе — это перевозка, еще 35% — услуги оператора по обработке и захоронению мусора. Все инвестиции „сидят“ в этих 35%. В абсолютных цифрах по западной зоне услуги регоператора составляют 314 миллионов рублей в год, сюда входит всё: содержание полигонов, сортировочных комплексов, содержание техники, зарплаты. Из этих 314 миллионов около 20% должны уходить на инвестиции. В этом году мы должны утвердить все инвестпрограммы. В первую очередь в западной части области предполагается модернизация полигона и двух сортировочных комплексов, плюс строительство нового. Модернизация начнется уже в этом году», — заявил Антон Стрижов.

Для сравнения мы предлагаем структуру тарифа регионального оператора, размещённую на сайте компании «Аквалайн»:

То ли ещё будет...

Что следует из этих слов и цифр? То, что в приоритете у региональных операторов вывоз и складирование мусора с минимальной его сортировкой. На это же направлены и инвестиции, мягко говоря, не самые большие. Всё это не позволяет говорить о высокой эффективности системы обращения ТКО. Просто потому, что экологический ущерб не устраняется, а мусор сваливается в одну большую кучу, с которой потом кому-то придётся разбираться.

Возможно, публично-правовой компании «Российский экологический оператор» (РЭО), указ о создании которой президент Владимир Путин подписал в январе. Насколько известно Самолёту, новая структура должна создать информационную систему обращения с отходами для всей страны и привлекать инвестиции в строительство мусороперерабатывающих заводов, во всяком случае, так говорится в проекте устава РЭО. Любопытно, что, как утверждают источники, близкие к компании, РЭО будет иметь возможность входить в капиталы региональных операторов. Проект устава предусматривает возможность РЭО купить доли в уставных капиталах компаний, работающих с отходами, а также в проектных компаниях, реализующих инвестпроекты в области обращения с отходами. Если выкупить доли не получится, у экологического оператора всё равно будут серьёзные рычаги воздействия на региональных операторов — он сможет предлагать включать или убирать объекты из территориальных схем.

С одной стороны, это даст возможность РЭО контролировать работу операторов, а с другой — может привести к монополизации рынка, предупреждают эксперты. Со всеми вытекающими отсюда последствиями. В том числе и финансовыми — для населения, которому, возможно, придётся кормить ещё и федерального оператора ТКО.

Что касается углублённой сортировки и последующей переработки отходов, то она, во-первых, невозможна без широкого сотрудничества с населением, которое нужно заинтересовать в раздельном сборе мусора, поделившись с ним для этого частью тарифа. Без этого, например, невозможно перерабатывать пищевые отходы, составляющие около 35% в бытовых отходах. В России они почти не используются, но в мире они востребованы в пищевой промышленности, медицине, ветеринарии и парфюмерно-косметической отрасли. Сами же регоператоры раздельным сбором заниматься не будут — это слишком сильный удар по рентабельности бизнеса.

Во-вторых, отрасли обращения с ТКО катастрофически не хватает инвесторов — у них нет чёткого понимания доходности или возможных преференций. Но главное, как объясняет исполнительный директор Национальной ассоциации концессионеров и долгосрочных инвесторов в инфраструктуру (НАКДИ) Светлана Бик, сейчас идёт война за отрасль, а инвесторы на войну не идут.

Пару слов о прозрачности и уважении

На войне же принято не обращать внимания на мелочи: «лес рубят, щепки летят». В результате появляются такие плохо проработанные зоны, как, к примеру, обложение взносами дачных домов. Из объяснения директора «Чистого следа» Андрея Бредина понятно только одно: для того, чтобы не платить за несуществующий мусор на даче, граждане обязаны непрерывно доказывать своё право региональному оператору. Иначе, вопреки здравому смыслу, им придётся производить двойную оплату за «вывоз» ТКО. Это к вопросу о «прозрачности» и «контроле» в реформе.

И, думаем, уж совсем откровенным неуважением по отношению к населению выглядят слова директора «Чистого следа» о том, что отказ от оплаты или ее задержка приведут к начислению пени и судебным искам со стороны регоператора. При том, что регоператор, не торопится облегчить населению возможность оплаты. Четыре действующих пункта оплаты на несколько районов западной части огромной области — вот всё, что пока что удосужилась сделать компания, претендующая на наши деньги. Андрей Бредин сообщает, что компания «ведёт переговоры с банками о снижении комиссии». А «по-хорошему», она должна была бы завершить эти переговоры до начала действия реформы!

Марина Мельникова
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.