Неважное искусство. В России — День советского кино

Несмотря на то, что в числе любимых россияне назвали два советских («Иван Васильевич меняет профессию» (25% опрошенных) и Любовь и голуби" (11%)) и три постсоветских картины («Брат» (23%) и «Брат 2» (18%), а также «Ворошиловский стрелок» (12%), именно советское кино оставило наиболее глубокий культурный след. 85% жителей России смогли вспомнить конкретную сцену из фильмов того времени.

Интересно, что советское кино вызывает воспоминания не только у тех, кто его видел. Даже молодые люди в возрасте от 18 до 24 лет могут назвать конкретную сцену из старого фильма. Среди респондентов в возрасте от 25 до 34 лет таких 78%, от 35 до 44 лет — 91%, от 45 до 59 лет — 89%, а среди людей старше 60 — 87%. Таким образом, фильмы этого периода остались в культурной памяти общества, и для молодёжи они стали частью культурного наследия, а не личным воспоминанием о прошлом.

Кино 1990-х. В чём сила «Брат»?

Именно две картины Алексея Балабанова о братьях-бандитах в представлении опрошенных социологами россиян ассоциируются с первым «лихим» десятилетием новой России. Респонденты, отмечает ВЦИОМ, видят в дилогии моральный выбор человека в ситуации, когда привычные представления о справедливости перестают работать. Важными для зрителей оказываются достоинство, верность своим, самостоятельность и ответственность за собственный выбор. Герой в таких историях часто не может рассчитывать на институты и вынужден самостоятельно решать, как поступить.

Хотя, наверное, то время лучше описывается «чёрной» комедией того же Балабанова «Жмурки». А атмосфера нынешней России на фоне стимулируемой государством советской ретротопии пророчески предугадана в балабановском «Грузе-200».

Современное кино: между «Левиафаном» и «Легендой № 17»

Аналитики ВЦИОМ отмечают «несформированность» нового культурного кинокода в современном кино. Отчасти, возможно, это связано с общественной поляризацией, достигшей апогея с началом спецоперации.

С другой стороны, россияне просто стали меньше смотреть современного кино. Во всяком случае только 49% опрошенных социологами смогли назвать запомнившуюся сцену из фильмов 2000-х годов и более позднего периода — заметно меньше, чем для советского кино и кинематографа 1990-х. При этом показатели по возрастным группам находятся в достаточно узком диапазоне — примерно от 45% до 53% практически не демонстрируют выраженного поколения — носителя памяти.

Исследователи оговариваются, что речь не идёт о качестве современного кино: а только о степени закрепления конкретных сцен в коллективной памяти сегодняшнего дня. Фильмы 2000-х ближе к современности и пока не прошли тот же путь от личного зрительского опыта к межпоколенческому наследию, который уже прошли многие советские картины. Кроме того, современный зритель существует в гораздо более фрагментированной медиасреде, где внимание распределено между большим количеством фильмов, сериалов и цифрового контента.

Набирающее силу российское государство, учитывая опыт государство советского, пыталось средствами кино утверждать ценности коллективизма, исторической памяти, профессионализма и преодоления. В отличие от героя-одиночки, характерного для части фильмов 1990-х, герой многих современных картин раскрывается через команду, семью, профессиональное сообщество или общее дело. Удачными примерами таких нарративов стали получившие популярность фильмы «Движение вверх», «Легенда № 17», «Экипаж», «Огонь», «Брестская крепость», «Салют-7».

Диссонансом к такому условно «героическому» мейнстриму стали фильмы представителей «авторского» кино — Звягинцева, Серебренникова, Меликян, — уделяющие больше внимания исследованию внутреннего мира современного человека его взаимодействии и порой — противостоянии с государственной машиной.

В последнее время (особенно после коронавирусных ограничений) кино, к сожалению, стало терять популярность у отечественных зрителей и, соответственно, свою значимость как средства государственной пропаганды.

Это связано с падением художественного уровня кинопроизведений, старающихся как можно меньше рассказывать об актуальных приметах современной российской реальности.

Любопытно, что наиболее приближенный к этой реальности фильм был снят за пределами России — речь о картине Звягинцева «Минотавр», получившем Гран-при Каннского фестиваля...

Кино сохраняет то, что общество считает важным не забыть

Возможно, «Минотавр» тоже останется в истории российского кино, которое, как признаются респонденты ВЦИОМ, оказывается одновременно «нравственным компасом, архивом исторической памяти и пространством национальной идентичности». И для будущих поколений россияне выбирают не только масштабные исторические события, но и повседневные сцены — семейный ужин, разговор друзей, новогодний вечер, деревенский двор, кухню, школьный класс. Кино сохраняет то, что редко попадает в учебники истории: как люди жили, чувствовали и относились друг к другу...

Россияне стремятся сохранить определённые сцены для будущих поколений по нескольким причинам. На первом месте стоит их глубокий смысл (58%). Почти столько же (54%) ценят в них жизненную правду, а 49% обращают внимание на сильные эмоции. Для 28% важно, чтобы сцена отражала дух эпохи, а 19% ценят мастерство актёров.

Зрители запоминают не только самые эффектные сцены, но и те, которые имеют для них особое значение. Устойчивость сцен в памяти можно объяснить выполнением трёх условий: они должны быть содержательно значимыми, эмоционально убедительными и узнаваемыми как часть общего опыта.

Подготовил Сергей Михайлов
СамолётЪ