Из жизни денег. Никакой нефтяной иглы. В России выросло число уголовных дел об уклонении от налогов

«Известия» со ссылкой на ежемесячный доклад МВД «Состояние преступности в России» сообщают, что за первые шесть месяцев 2026 года «компетентные органы» выявили в стране 3362 налоговых преступления — на 17,2% больше, чем годом ранее. Издание отмечает, что это рекордный рост как минимум за 12 лет наблюдений.

Эксперты отмечают, что такой показатель – следствие проявления двух факторов. С одной стороны, активизации и качества аналитической работы специалистов ФНС, которым удаётся выявлять всё больше схем по уклонению от налогов.

С другой, - роста «изобретения» и применения таких схем на практике – предпринимательскую смекалку стимулирует небывалый в новейшей истории рост налоговой нагрузки. С начала 2025 года в России введена пятиуровневая система НДФЛ с градацией от 13 до 22%. Ставка налога на прибыль увеличена до 25%. С 2026 года базовая ставка НДС повысилась до 22%. Порог выручки, при превышении которого компании на упрощенной системе налогообложения обязаны уплачивать НДС, снижен с 60 до 20 миллионов рублей.

Налоговики выявляют не только неподачу деклараций, но и дробление бизнеса, распределение выручки между ИП, фиктивный документооборот и оформление штатных работников как самозанятых или подрядчиков для уклонения от страховых взносов. Для борьбы с этим с октября ограничивается работа самозанятых на цифровых платформах до 60 часов в месяц на одного заказчика.

Одним из самых резонансных дел о борьбе с налоговыми уклонистами стало мартовское разоблачение схемы «бумажного» НДС. В ходе расследования в Минске был задержан Александр Осин, которого следствие считает одним из организаторов этой схемы. «КоммерсантЪ» сообщает, что Осин, по данным следствия, с 2023 по 2025 год организовал фиктивные вычеты по НДС, которые нанесли ущерб казне более чем на 1,2 трлн рублей. С тысяч клиентов Осина было взыскано более 300 млрд рублей налогов.

«Опора России», основываясь на данных опроса членов ассоциации, отмечает, что около 30% представителей малого бизнеса так или иначе задумывались о дроблении ради оптимизации налоговых издержек, из них: 2,6% уже используют схемы дробления; 6,7% планируют сделать это в будущем; 20,7% рассматривали такой вариант.

Кроме того, по словам главы Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александра Шохина, крупный бизнес столкнулся с налоговыми доначислениями, связанными с задвоением и совмещением льготных режимов. Речь идёт о ситуациях, когда компания применяла несколько преференциальных механизмов одновременно – например, соглашение о защите и поощрении капиталовложений (СЗПК), федеральный инвествычет (ФИНВ), региональный ИНВ – либо была резидентом территории опережающего развития (ТОР), особой экономической зоны (ОЭЗ), использовала инструменты кластерной инвестиционной платформы или регионального инвестиционного проекта (РИП). Для ряда компаний объём доначислений и штрафов оказался сопоставим с годовой выручкой и прибылью, отметил Шохин.

«Обеление» - доходная статья бюджета

На фоне падения нефтегазовых доходов (за последние 7 месяцев они снизились на 16,8% к аналогичному периоду прошлого года и на 32,3% к результатам 7 месяцев 2024 года) и негативного рекорда бюджетного дефицита, зафиксированного Минфином (6,46 трлн за 7 месяцев 2026 года, или семимесячный максимум за последние пятнадцать лет) «обеление» бизнеса — частью «структурной трансформации» доходов бюджета, который во всё больше степени опирается теперь на поступления не от недр страны, а от её бизнеса и граждан.

Министр финансов Антон Силуанов рассчитывает, что налоговые изменения последних лет дадут бюджету дополнительные 2,2–2,3 п.п. ВВП в год, конечно, при максимальной эффективности администрирования:

Надо сказать, что эффект уже заметен: ненефтегазовые доходы за те же 7 месяцев составили 17,52 трлн рублей, или «плюс» 18.3% год к году. Как пошутил один знакомый экономист, «все, как в своё время заказывали, никакой «нефтяной иглы», только собственное производство страны, превращающейся в большую фабрику.

Но этого всё равно не хватает, чтобы закрыть бюджетную дыру. Тем более, что расходы за семь месяцев выросли на 14,5%, до 28,567 трлн рублей, а занимать на закрытие дефицита сложно: в июле Минфину пришлось взять паузу в размещении ОФЗ из-за ставок под 16%.

«Обеление» налогов означает поиск денег там, где их ещё можно найти. А рекордное число налоговых дел и рекордный рост сборов НДС — что государство собирает с экономики больше, чем та готова отдать добровольно. Если так пойдёт и дальше, после выборов от правительства можно ждать очередную инициативу по повышению налогов.

Впрочем, рост бюджетного дефицита становится убытками не для всех – аналитики отмечают рост секторов экономики и целых социальных страт, для которых дефицит бюджета становится источником дохода. В числе таких «бенефициаров» на убытках «приоритетный сектор», финансируемый в первую очередь, и без ограничений, а также все те, кто получает зарплату из бюджета или социальные выплаты. «Пока есть дефицит, деньги для бюджетников тоже есть», - считает экономист Дмитрий Прокофьев.

Он, кстати, обнаружил ещё две категории выгодоприобретателей от бюджетного дефицита. Это, во-первых, держатели облигаций, с помощью которых государство пытается покрыть дефицит. В 2026 году госдолг РФ достигнет 43,7 трлн рублей, а процентные расходы — 3,9 трлн. Эти расходы станут доходами банков, пенсионных фондов, страховых компаний и людей с деньгами.

Во-вторых, полагает Прокофьев, от бюджетного дефицита выигрывают те, кто недоплачивают в бюджет. Например, это нефтяники и газовики, заплатившие меньше, чем в прошлом году. Зато существенно больше платим теперь мы с вами – увеличение НДС на 24,9% означает, что нагрузка сместилась с производства на потребление.

Подготовил Илья Неведомский

СамолётЪ