Из жизни денег. Тревога, переходящая в экономию. В июле резко ухудшились потребительские настроения россиян

Россияне не хотят откладывать деньги — склонность к сбережению на минимуме за 11 лет. На прошлой неделе атаки на Wildberries снизили обороты маркетплейсов на 10,6%. Индекс потребительских настроений упал до 89,5 пункта (на 8,3 пункта за месяц и на 15,5 за год). Особенно снизился индекс ожиданий — до 92,2 (потеря 11,4 пункта), в то время как оценка текущей ситуации — до 85,5 (потеря 3,6 пункта). Мрачнеют взгляды на будущее, ухудшились прогнозы собственного материального положения, страны на год и пять лет. Всё это есть в комментарии ЦБ «Инфляционные ожидания и потребительские настроения».

Эти данные могут быть включены в более обширный анализ охлаждения экономики. По информации ЦМАКП, приводимой «Коммерсантом», в последние два года потребление домохозяйств стало самым устойчивым источником роста, вытесняя другие компоненты спроса. Однако в первом квартале 2026 года этот рост не смог компенсировать резкое сокращение инвестиций, которое, по прогнозам центра, стало основной причиной отрицательного роста ВВП (0,2% за квартал; ЦБ ожидает рост на 0,5% за полугодие). Тем не менее, оперативные данные пока не свидетельствуют о переходе к экономии: согласно «Сбериндексу», за неделю с 20 по 26 июля годовой прирост реальных потребительских расходов даже увеличился до 2%. Снижение трат на 3,9% по сравнению с предыдущей неделей в «Сбере» объясняется атаками на склады Wildberries, что временно снизило обороты маркетплейсов на 10,6% по сравнению с предыдущей неделей.

Пессимизм в отношении будущего связан с тем, как население воспринимает цены. Наблюдаемая инфляция — оценка роста цен по собственным покупкам — в июле выросла до 15,1% с 14,2% в июне. Официальный годовой прирост ИПЦ на ту же дату — 5,9%. Разрыв — 9,2 п.п. Наблюдаемая инфляция в 2,5 раза выше официальной. Росстат считает инфляцию по «корзине товаров», а люди «по среднему чеку». И средний чек для них более убедителен. Обеспокоенность подорожанием усилилась почти по всем товарам и услугам из анкеты, но чаще всего респонденты стали упоминать бензин. То есть топливный кризис во многом формирует взгляд на то, что будет с ценами дальше.

Экономист Дмитрий Прокофьев потрудился подсчитать, что все расходы РФ-экономики на моторное топливо составили около 8 трлн рублей, или примерно 3,7% ВВП — настолько глубоко топливо встроено в экономику.

Даже если предположить, что топливо подорожает на 20% (это очень много для одного года), рассуждает эксперт, прямое увеличение затрат экономики составит 0,74% ВВП. Это меньше одного процента. Да пусть даже процент, пусть полтора. Понятно, что это перейдёт в цены, но не на пятнадцать же процентов. Даже не на десять. Притом, что часть топливных затрат просто «выезжает» из страны вместе с экспортом.

Просто, говорит Прокофьев, когда бензин дорожает процентов на двадцать с начала года, это создаёт ощущение, что «всё дорожает»: «Психологи называют это эвристикой доступности: мы оцениваем вероятность событий по тому, насколько легко они приходят на ум. А рост цен на бензин приходит на ум легко — он прямо перед глазами...».

Одновременно с тревожными ожиданиями людей, растут и ценовые ожидания предприятий — в июле они выросли до 20,2 пункта, вернувшись в диапазон повышенных значений 2024–2025 годов. Основной причиной компании называли удорожание горюче-смазочных материалов. Сильнее всего ожидания подскочили в торговле, транспортировке и хранении — там, где топливо составляет заметную долю затрат и быстрее переносится в конечные цены.

Но тревога, которая, казалось бы, должна была заставлять людей копить «на чёрный день», в накопительство не превращается: доля людей, откладывающих деньги, в июле снизилась до 47,9%, что стало минимальным значением с марта 2015 года, тогда как доля тех, кто предпочитает тратить, выросла до 32,7%.

Эксперты находят две причины, объясняющие такое поведение. Первая связана с инфляцией: при высоких ожиданиях подорожания товаров и услуг выгоднее потратить деньги сейчас, чем ждать, пока они обесценятся. В июле инфляционные ожидания на следующий год достигли максимального значения с начала конфликта, составив 14,7%. Второе объяснение было представлено главой Центрального банка Эльвирой Набиуллиной на пресс-конференции 24 июля: хотя сберегательная активность снизилась, её структура изменилась: доля депозитов уменьшилась, а доля средств, которые население вкладывает в финансовые инструменты и недвижимость, увеличилась. Таким образом, часть денег, несмотря на снижение процентных ставок, не тратится, а переходит из депозитов в другие инвестиционные инструменты.

Впрочем, июльские настроения оставляют регулятору пространство передумать в сентябре по поводу дальнейшего снижения ставки, если тревога населения все-таки начнет переходить в экономию...

Подготовил Сергей Авдеев
СамолётЪ