Пачка масла. Может ли вологодское сельское хозяйство стать альтернативой череповецкой металлургии?

Задаться вопросом, вынесенным в заглавие, заставила новость, распространённая пресс-службой губернатора Вологодской области, об ограничении наценки на сливочное масло, производимое в регионе и продаваемое на его территории.

Как можно понять из сообщения, областное правительство договорилось с производителями и торговыми сетями о том, что в течение года торговая наценка на вологодское сливочное масло не будет превышать 10% себестоимости или закупочной цены.

В новости упоминаются непосредственные участники соглашения — предприятия «Северное молоко», «Вологодский молочный комбинат» и «Учебно-опытный молочный завод» ВГМХА имени Верещагина, а также торговые сети магазинов «Пятерочка» и продуктового дискаунтера «Заботливые цены». Но наши читатели уже обратили внимание, на то, что рост цен на сливочное масло вологодских производителей резко замедлился (не только, кстати, на масло жирностью 72,5% в брикетах весом 180 граммов) и у других крупных игроков продуктовой розницы — например в супермаркетах «Лента», контролируемой компанией «Севергрупп» Алексея Мордашова.

«Вологодские натуральные продукты, в особенности главные бренды региона, должны быть доступны нашим землякам», — цитирует губернаторская пресс-служба Георгия Филимонова. И СамолётЪ полностью согласен с этим тезисом, который мы продвигаем уже не первый год.

Но для того, чтобы сдерживать цену на масло даже в рамках одного региона, нужно чем-то жертвовать. Если не конечные потребители, то кто-то другой должен доплатить, чтобы стоимость пачки масла не превышала десяти процентов себестоимости.

Этим «кем-то» может быть областная власть, субсидирующая АПК. В новости прямо об этом не говорится, но широко известно, например, о том, что вологодские предприятия АПК в 2024 году получили почти 4,5 миллиарда рублей господдержки.

Но, вероятно, и сами аграрии с переработчиками тоже поступились частью рентабельности ради того, чтобы сделать свои цены более социально приемлемыми.

Как говорится, было бы чем поступаться.

И, кажется, изрядный «запас прочности» у нашего сельского хозяйства есть. В последнее время в отрасль пошли серьёзные инвестиции (причём, что важно, — отнюдь не только государственные), и страна стала одним из крупнейших экспортёров сельхозпродукции.

В отрасли, которая в советские времена постоянно была «планово-убыточной» резко подскочила рентабельность. В растениеводстве до 25-27%, а по ряду культур — соя, рапс и подсолнечник — 40-60%. Правда, всё это более характерно для Центра и Юга России, с более благоприятными климатом и почвами. Но и в молочном производстве, самом рентабельном для Северо-Запада сельхознаправлении, эта самая рентабельность поднялась с 3-5% до 17-20%.

Цифры, вполне сопоставимые с рентабельностью в промышленных отраслях, занятых добычей и первичной переработкой сырья. К примеру, в той же металлургии, которая несмотря на большие потери в доходности из-за санкций и очередного циклического спада всё-таки остаётся по рентабельности выше безрисковой границы в 12%.

К тому же сельское хозяйство имеет не меньший экспортный потенциал, чем металлургия. А сейчас, пожалуй, даже больший, учитывая, что сельхозпродукция практически не ограничена санкционными барьерами.

Не удивительно поэтому, что губернатор Филимонов делает акцент на поддержке именно сельского хозяйства, которое, учитывая современные тенденции, может стать если не альтернативой металлургии в региональной экономике, то её второй мощной опорой.

В отличие, кстати, от перерабатывающей промышленности, включая «высокотехнологичные отрасли», с её минимальной и даже отрицательной («минус» 11% в автомобилестроении) рентабельностью. С отрицательной доходностью, утверждают аналитики ЦМАКП, столкнулись автопром, транспортное машиностроение, производство «прочих транспортных средств» (к ним, как указывает ЦМАКП, относятся в том числе железнодорожный, авиатранспорт, суда, военные боевые машины), где рентабельность составила минус 2%«. И даже ещё недавно «золотая» деревообработка, которая оказалась на втором месте среди аутсайдеров — «минус» 4,9%, ухудшение на 9,5 п.п.. Низкую доходность этой отрасли в ЦМАКП объясняют закрытием экспортных западных рынков при высоких издержках «разворота на восток».

Продолжая аналогию с сельским хозяйством, можно, наверное, говорить о том, что может поднять отечественную перерабатывающую промышленность. И это не пресловутое «импортозамещение», и даже не массированная господдержка в виде прямых инвестиций и «особых экономических зон».

Надо вспомнить, что сельское хозяйство — это одна из отраслей, наиболее кооперированных с Западом. Именно оттуда, с Запада в Россию пришли (и продолжают, правдами и неправдами приходить) новые сорта, новые породы животных, средства защиты, ветеринария, западная сельхозтехника и технологии. Крупные новые проекты тоже запускали иностранные специалисты.

Поэтому остаётся только предполагать, что стало бы при такой тесной кооперации и с другими отраслями российской экономики...

Сергей Авдеев
СамолётЪ