Семи смертям не бывать. Региональные «минздравы» отрицают приписки в статистике смертности от COVID-19

Зачем данные о заболевших и умерших от коронавируса вообще нужно было занижать?

Фото: ТАСС

По-видимому, тема достоверности медицинской статистики для властей всё-таки вещь весьма болезненная. Иначе трудно объяснить ту оперативную и резкую реакцию, которая обычно следует со стороны официальных органов на едва ли не каждую публикацию в медиа по этому поводу.

Так было весной, когда российские и западные СМИ впервые поставили под сомнение данные, предоставляемые Минздравом. Так происходит и на этой неделе, после публикации «Медиазоны» и «Медузы», проанализировавших данными оперативной базы Минздрава о развитии эпидемии коронавируса в России.

Речь идёт о базе Информационного центра по коронавирусу (ИЦК), где содержатся ежедневные данные по каждому из 85 российских регионов о госпитализациях, тяжелых больных, доступности свободных коек в больницах и смертях. Вывод журналистов: информация по смертности из базы ИЦК во многих регионах очень сильно отличается от цифр из публично доступной базы «Стопкоронавирус.рф».

«Медуза» изучила данные из расследования «Медиазоны» и сравнила их с данными о смертности от коронавируса из других источников. Выяснилось, что в сводках ИЦК общее количество связанных с COVID-19 смертей с апреля по 22 ноября 2020 года — в два с лишним раза больше, чем указано на общедоступном сайте Стопкоронавирус.рф. «Но если сравнивать обе этих базы с данными об избыточной смертности (можно уверенно сказать, — пишут расследователи, — что они отражают реальную смертность от вируса), становится видно, что во многих регионах данные о смертях от коронавируса систематически и умышленно занижаются — как в отчетах для населения, так и для вышестоящих чиновников из центра».

Как следует из материала, авторы учли то обстоятельство, что данные поступают в ИЦК из разных источников и с разной скоростью, что может влиять на точность цифр в каждый конкретный момент времени — ведь ситуация во время пандемии меняется постоянно. Считается, например, что самые точные данные о смертности даёт Росстат, вот только даёт их он только с задержкой в 35–40 дней.

Авторы обратили внимание, что меньше всего расхождений между базами и данными Росстата в регионах, которые сообщают в центр о большом количестве смертей пациентов с подозрением на коронавирус. Их уменьшают уже позже, при размещении на публичном сайте Стопкоронавирус.рф

Яркими представителями этой группы по мнению расследователей являются Калининградская, Саратовская, Самарская, Оренбургская, Сахалинская, Калужская области, Мордовия, Карачаево-Черкессия, Северная Осетия и Краснодарский край. Некоторые регионы занижают данные для сайта Стопкоронавирус.рф не очень сильно, зато постоянно — с одним и тем же «коэффициентом».

Есть регионы, где данные из всех источников — базы ИЦК, Стопкоронавирус.рф и отчетов Росстата об избыточной смертности — относительно точно совпадают друг с другом. Здесь лучшие — Тульская и Мурманская области, Москва и Севастополь, Тыва и Адыгея, а также Красноярский край.

Как отмечается в публикации, на возможные манипуляции со смертельной статистикой в регионах влияли устанавливаемые государством правила постановки диагноза и указания причин смерти, если человек болел коронавирусом. С начала эпидемии эти правила в России менялись.

Если весной широкая трактовка правил позволила местным медицинским начальникам во многих регионах — чаще не по собственной воле, а по велению властей — манипулировать данными о смертности, связанной с коронавирусом, то этой осенью ситуация изменилась. Теперь от патологоанатомов требуют ставить коронавирус как первоначальную причину или как существенно повлиявшее на течение болезни состояние почти всегда. Однако на практике даже в Москве (одном из лидеров по «правильному» учету заболевших и умерших) треть умерших с диагнозом COVID-19 в октябре отнесли к категории «умерли от других причин, но с положительным тестом на коронавирус», причем последний не оказал на течение болезни существенного влияния.

Весной источники в медицинских организациях говорили «Медузе», что им часто просто запрещали записывать умерших в «ковидные».

Сами статистические расхождения не дают ответа на главный вопрос: зачем регионы занижали данные? Так авторы публикации лишь предполагают, что, например, таким образом на местах старались избегать необходимости введения локдауна. С другой стороны, когда губернаторам казалось, что народ в губернии слишком уж расслабился, можно было и припугнуть его более «страшными» цифрами.

Любопытно, что ещё летом глава Росздравнадзора Алла Самойлова признавала, что российская статистика смертности от COVID-19 «неточна». По ее словам, в одних моногоспиталях 100% смертей приписывались коронавирусу, в других наоборот смертность переносилась на другие заболевания.

То, каким образом шифровалась смертность от коронавируса в «ковидных» стационарах, заявляла Самойлова, должно было стать предметом аналитических мероприятий и «выводов на будущее». В итоге расследование провели независимые журналисты.

Судя по всему, делают вывод авторы публикации, федеральные власти не имеют точных данных из большинства регионов. Но, возможно, сами регионы, которые несут основную ответственность за борьбу с эпидемией, этими данными всё-таки обладают. Но это во-многом бесполезное знание — его никто не может ни использовать, ни перепроверить.

Итогом всей этой истории стали весьма печальные психологические и социологические последствия: стойкое недоверие людей (даже медицинских работников) к властям, которое, в свою очередь, ведёт к массовому отказу от соблюдения даже хорошо обоснованных ограничений, интересу к фейковым новостям и теориям заговора и т. д.

Это достаточно серьёзное обвинение. Не удивительно, что регионы начали на него оперативно реагировать.

Одной из первых оказалась Вологодская область, которая, кстати, даже не упоминается в материале «Медиазоны» и «Медузы» ни в положительном, ни в отрицательном смысле. Однако от имени которой с заявлением выступила секретарь регионального оперативного штаба по борьбе с коронавирусной инфекцией, главный эпидемиолог регионального департамента здравоохранения Татьяна Курганова.

Суть заявления исчерпывается одной фразой: «Данные о заболевших и умерших от коронавируса, которые передаются в региональный оперативный штаб Департаментом здравоохранения, полностью соответствуют статистике информационного центра по мониторингу ситуации с коронавирусом Минздрава (ИЦК)». Но есть и существенное примечание, заключающееся в допущении, что «реальные данные и статистика [по смертности от ковида] на определенный период времени могут расходиться». По словам Кургановой, это происходит в ситуациях, «когда невозможно точно назвать окончательный диагноз, причина смерти может быть установлена в течение 30 дней после проведения процедур, связанных с расследованием смертельного случая».

В самой Вологодской области умершими от коронавируса с момента начала пандемии ещё в ноябре официально числилось 90 человек. На несколько месяцев данные практически не менялись. Можно было предположить, что в регионе сплошь лёгкие или средней тяжести случаи ковида. Затем было странное заявление губернатора о том, что из-за расхождений региональных данных по COVID-19 с теми, что сообщает федеральный сайт «Стопкоронавирус.рф», область приостанавливает обнародование этой информации.

А после окончания этого информационного «моратория» произошёл довольно резкий скачок в динамике смертности — она стала расти небывало быстрыми темпами. По состоянию на 2 декабря в регионе умерло 14 человек. Всего с начала пандемии её жертвами стали 176 жителей области.

Всего по России зафиксировано 41 053 смерти с участием коронавируса, 589 — за минувшие сутки.

Марина Мельникова
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.