Хроника текущих событий. Как проехать на дачу? Вирус обнуляет конституционные права россиян

Накануне мэр Москвы выступил с идеей ввести систему цифровых пропусков по всей России, а вологодский губернатор ограничил выезд земляков на дачи. И то и другое неконституционно. Но возможно только потому, что на дворе вирус, который всё спишет.

Фото: cdnvideo.ru

Автору этих строк уже как-то доводилось писать в Самолёте, что, если бы коронавируса не было, его надо было выдумать. Это было написано в начале февраля, когда весь российский народ только приходил в себя после новогодних каникул, а сведения о модном вирусе имел чисто теоретические и по большей части шутейные.

Кто мог подумать тогда, что через полтора месяца начнутся новые каникулы — скорбные, а вирус станет едва ли не главным движителем отечественной политики и главным могильщиком её экономики.

А ведь возможность того, что происходит сейчас и трудно поддаётся приличному определению, закладывалась именно тогда вместе с идеей фактического «обнуления» российской Конституции. Которую и обнулили вместе с обнулением сроков пребывания у власти первого лица.

И вот теперь, когда «враг-вирус на дворе», потерявшую свою сакральность Конституцию и записанные в ней гражданские права может херить любой смелый чиновник. Хоть, к примеру, мэр Москвы, который накануне фактически предложил превратить страну в государство тотального полицейского контроля. Для которого не существует ничего заветного вроде записанного в главе 2 Конституции РФ права каждого, касающиеся неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны (ст. 23), или право граждан на свободное перемещение по территории страны (ст. 27). Согласитесь, перемещения человека все-таки могут являться той самой «частной жизнью или тайной».

Сейчас примеру Собянина в той или иной степени следуют главы других регионов. Например, губернатор Вологодской области Олег Кувшинников, который тоже вчера объявил начало дачного сезона в жёстких карантинных условиях. С ограниченным перечнем лиц, которым будет позволено поехать за город, с обязательным наличием определённого перечня документов и с патрулированием дачных поселений мобильными группами. «Картина маслом», как говорил Давид Гоцман, который дорожил даже правами воров, потому что они тоже люди, и их защищает закон.

С одной стороны, губернаторы вынуждены идти на беспредел, потому что с них, как с футбольных тренеров президент спрашивает за «результат» — статистику заболевших. С другой, потому что сам президент технично уклоняется от выполнения своих конституционных обязанностей — на то, что творят главы регионов, право есть только у главы государства.

Вот, что об этом говорится в дословной цитате из Конституции.

«В условиях чрезвычайного положения для обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя в соответствии с федеральным конституционным законом могут устанавливаться отдельные ограничения прав и свобод с указанием пределов и срока их действия».

Надо ли говорить, что ни «пределов», ни сроков мы пока даже близко не видим. Получается, что наша Конституция — всего лишь декларация возможных прав гражданина?

Для того, чтобы такое было возможно, нужна очень веская причина такой силы, которая «непреодолима» никак иначе, как только нарушением основных гражданских прав. Такая причина — коронавирус. Раскрученный и распиаренный так, словно это самая страшная и невиданная беда человечества. Даже хуже войны.

Притом, что статистика его вредоносности вызывает у нормального человека недоумение. По данным Университета Джонса Хопкинса, число заразившихся коронавирусом в мире почти за пять месяцев превысило 2,5 млн человек, умерло 177,2 тыс. (7%). От простого гриппа умирает 300-650 тыс. человек в год, от туберкулёза 4.5 тыс. в день. На такое простое сопоставление никто просто не обращает внимание.

Всеобщие паника и страх вызывают стойкое ощущение срежиссированности. Именно об этом я писал в феврале, когда говорил, что коронавирус нужно было выдумать. И его выдумали.

Не оставляет ощущение, что под «короной» нового вируса во всём мире идёт какой-то глобальный эксперимент — одновременно политический, экономический и социальный. Все мы одновременно являемся его участниками и жертвами. Даже не заразившиеся. И особенно не заразившиеся.

Меняются инвестиционные потоки, приговаривая к светлому будущему одни отрасли (и целые национальные экономики) и к упадку другие, тестируются на прочность целые политические системы. Пределы возможного пытаются нащупать не только крупные корпорации, но и государства.

Как видим, и российское, в том числе, забавляющееся со «старыми правами» своих граждан. И нет никакой гарантии, что то же самое с ними не будет твориться и завтра, когда нововнесённые в Конституцию соцобязательства государства и прочие принципиальные моменты вдруг окажутся под прессом «обстоятельств непреодолимой силы»...

Впрочем, непреодолимыми они будут лишь для государства. А вот пострадавшим в период вызванного экспериментом экономического кризиса будет непросто доказать связь убытков с ограничительными мерами. Безусловным обстоятельством непреодолимой силы эпидемия коронавируса считаться не будет, решил Верховный суд.

Сергей Михайлов
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.