Гиблое место
Беспрецедентная катастрофа под Смоленском, унесшая жизни президента Польши и еще почти сотню человек, в том числе, значительного числа представителей польской политической элиты, не может остаться без последствий. Для нас при этом наибольший интерес представляют не столько внутриполитические последствия для самой Речи Посполитой, сколько важнейший комплекс внешнеполитических вопросов взаимоотношений Польской республики и России…
![](/images/stories/330-b.jpg)
Вражда эта началась отнюдь не с печального пакта, в очередной раз разделившего Польшу, и не с Катыньского леса, в котором злая воля перемешала кровь и прах русских и польских жертв.
Все началось с того судьбоносного для двух народов момента, когда «кичливый лях» выбрал судьбу авангарда Запада, умирал за него от янычарского меча под стенами Вены, нес его идею на Восток, чтобы утвердить огнем и мечом. Остался верен Западу, несмотря на то, что много раз был им продан и предан.
«Верный росс» избрал свою судьбу – самостояния, верности самому себе. И стоял так много веков, не только многократно отбивая недружественные визиты Запада, но и спасая его от него же самого…
Впрочем, что же это я? Обо всем этом куда глубже и проще сказал Александр Сергеевич, реагируя на очередное польское восстание…
Субботней авиакатастрофе предшествовало начало торжеств в Катыни, где русский и польский премьеры преклонили колени перед общими жертвами. Красноречивый жест, который можно было и хотелось принять за начало пути к примирению.
Правда комментаторы из числа отечественных и польских «витий» уже глухо роптали: и этого мало, россиянам, имеющих Сталина в голове, надо больше каяться, еще и еще. Сколько? До каких пор? Пока этот «человеческий материал» не будет преображен до неузнаваемости по загодя заготовленным лекалам «гуманизма», который нынче готов заместить собой, кажется, все: «национальную гордость», природу, самого Господа?
Вот он, новый «кумир, тяготеющий над царствами», лишающий человека самого себя, своего высокого предназначения, истинной свободы, опутывающей его вязкой паутиной ложных потребностей, душных условностей, загоняющий огромный и прекрасный мир в затхлое пространство тесного мещанского шкафа.
Этот кумир лицемерно шарахается вида крови, но отчего-то неизменно рождает все новые условия, когда она не может не пролиться. И она льется во все большем количестве.
Но вернемся к субботней авиакатастрофе. На Ту-154, сгоревшем среди смоленских берез летели те, кого без преувеличения можно назвать самыми непримиримыми противниками России. Непримиримый, иррациональный даже антикоммунизм (он же синоним «антирусизма») президента Качиньского и его соратников давно известен и в комментариях не нуждается. Несостоявшийся визит в Катынь должен был стать их триумфом. Еще одной моральной, идеологической, геополитической победой. Победой освященной Господом (а все они – верующие люди).
Господь не попустил…
Можно не сомневаться, что все новые комментарии произошедшего будет теперь шарахать от оценок типа «перст Божий» до подозрительного поиска очередных «козней Москвы». И то и другое уже появляется. Заголовки «ГРУ заманило самолет в ловушку» уже появились в сети.
Что здесь сказать? Божья воля, несомненно, присутствует, но трактовать ее, тем более в свою пользу было бы непозволительной и непростительной дерзостью.
Невозможно и непозволительно делить Творца, который создал нас по своему образу и подобию для того, чтобы мы ежечасно стремились своими делами и помыслами доказать, что акт творения был не напрасен.
Кажется, что лучшим ответом на трагедию было дальнейшее переосмысление народами и их элитами своих отношений друг с другом и продолжение движения навстречу друг другу.
Чтобы новая катыньская кровь стала последней кровью, пролитой между русскими и поляками, искупающей все прежние ошибки и обиды.
Чтбы мы вместе, искренне и с чистым сердцем могли оплакивать наши общие жертвы.
Илья Неведомский
11.04.10.
Фото: Reuters
КЛЕВЕТНИКАМ РОССИИ.
О чем шумите вы, народные витии?
Зачем анафемой грозите вы России?
Что возмутило вас? волнения Литвы?
Оставьте: это спор славян между собою,
Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою,
Вопрос, которого не разрешите вы.
Уже давно между собою
Враждуют эти племена;
Не раз клонилась под грозою
То их, то наша сторона.
Кто устоит в неравном споре:
Кичливый лях, иль верный росс?
Славянские ль ручьи сольются в русском море?
Оно ль иссякнет? вот вопрос.
Оставьте нас: вы не читали
Сии кровавые скрижали;
Вам непонятна, вам чужда
Сия семейная вражда;
Для вас безмолвны Кремль и Прага;
Бессмысленно прельщает вас
Борьбы отчаянной отвага -
И ненавидите вы нас...
За что ж? ответствуйте; за то ли,
Что на развалинах пылающей Москвы
Мы не признали наглой воли
Того, под кем дрожали вы?
За то ль, что в бездну повалили
Мы тяготеющий над царствами кумир
И нашей кровью искупили
Европы вольность, честь и мир?....
Вы грозны на словах - попробуйте на деле!
Иль старый богатырь, покойный на постеле,
Не в силах завинтить свой измаильский штык!
Иль русского царя уже бессильно слово?
Иль нам с Европой спорить ново?
Иль русской от побед отвык?
Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды,
От финских хладных скал до пламенной Колхиды,
От потрясенного Кремля
До стен недвижного Китая,
Стальной щетиною сверкая,
Не встанет русская земля?...
Так высылайте ж нам, витии,
Своих озлобленных сынов:
Есть место им в полях России
Среди нечуждых им гробов.
А.С. Пушкин
1831