Юрьев день
«Наш паровоз вперёд лети…». В российском обществе произошла тихая революция в восприятии женских социальных ролей
Причём иногда самой неожиданной. Вот пресс-служба Северной железной дороги сообщает, что в 2025 году в должности помощника машиниста на дороге работает 48 женщин и 1 женщина-машинист. 43 из них трудятся в составе локомотивных бригад пассажирских поездов дальнего следования и 6 — в пригородном сообщении. Еще одна женщина проходит обучение на помощника машиниста электропоезда. Выпускница должна выйти в свой первый рейс в январе 2026 года. Год назад в пригородных и пассажирских поездах работали 25 северянок.
В Вологодской области на Северной железной дороге помощниками машиниста работают 19 женщин — 9 в Вологде и 10 в Череповце.
Особо отмечается, что в кабине современного подвижного состава созданы условия для спокойной комфортной работы: по эргономике современные поезда универсальны и подходят для женщин, готовых сменить хлопотную роль домашней хозяйки на спокойную профессию водителя поездов.
Возможность работать машинистами и помощниками машиниста у женщин появилась в 2021 году благодаря изменениям, внесенным Министерством труда и социальной защиты РФ в перечень доступных для женщин профессий.
«Семья или карьера»
Аналитики ВЦИОМ, комментируя результаты прошлогоднего исследования «Современная женщина: между работой и семьей», полагают, что современные женщины отказались от дилеммы «семья или карьера» в пользу гармоничного сочетания обоих начал.
В 1990 году 56% респондентов ставили семью на первое место. В 2024 году этот показатель снизился до 26%. Однако 53% опрошенных теперь считают работу и семью одинаково важными, что на 18 процентных пунктов больше, чем 34 года назад.
Особенно заметны изменения среди женщин. 14% из них открыто признают приоритет профессиональной реализации перед семейными обязанностями, что в три раза больше по сравнению с 1990 годом. Эти тенденции особенно ярко проявляются среди молодёжи. Среди женщин 18-24 лет:
27% cчитают работу более важной (20% — «скорее работа», 7% — «важнее всего работа»);
только 18% готовы ставить семью на первое место;
49% стремятся к гармоничному сочетанию обоих аспектов.
Контраст с поколением 60+ лет разителен: здесь 28% сохраняют традиционный взгляд на женское предназначение, и лишь 9% признают приоритет работы.
Другое дело мужчины, которые демонстрируют более консервативные взгляды на женские приоритеты:
25% считают, что женщины должны ставить семью на первое место (против 17% среди самих женщин);
57% верят в равнозначность семьи и работы (против 61% у женщин).
Страна для женщин
Восприятие профессиональных возможностей женщин существенно изменилось:
доля признающих мужские преимущества в карьере сократилась с 65% до 47%;
уверенность в равных возможностях выросла с 21% до 42%;
53% респондентов верят, что женщины способны достигать желаемых позиций.
Однако молодёжь 18-24 лет более скептично оценивает гендерное равенство (54% видят мужские преимущества), тогда как поколение 35-44 лет демонстрирует больший оптимизм (40%).
Наиболее радикальные изменения произошли в оценке «пути к успеху»:
1990 год: 65% родителей связывали будущее дочерей с удачным замужеством;
2024 год: 63% приоритизируют профессиональную реализацию дочерей;
Среди молодых родителей 18-24 лет этот показатель достигает 77%.
Женщины особенно последовательны в карьерных надеждах для дочерей: 69% против 57% среди мужчин.
Так что, чем дальше, тем больше Россия становится «страной для женщин».
«Женские» профессии вытесняют «мужские»
Выбор женщин в пользу профессиональной ориентации, как отмечают эксперты, всё больше становится общемировым трендом. И пример женщин-машинистов здесь скорее всё-таки остаётся экзотикой. На самом деле основные рабочие места сейчас создаются в сфере услуг — а это преимущественно женская сфера. Хороший пример — различного рода госслужащие, медики, социальные работники, учителя. Всё это весьма востребованные рабочие места для женщин. И хорошо оплачиваемые, правда, увы, не всегда в России. очень хорошо оплачиваемые рабочие места для женщин.
А вот на Западе, например, почти с нуля создан такой сектор занятости, как диетологи и нутрициологи (с годовыми зарплатами от $100 тыс. в год).
При этом то, что всегда считалось «мужской работой» — от всякого рода станочников и рыбаков до горнорудной промышленности и лесорубов — из-за автоматизации и роботизации только сокращается по занятости.
На Западе много дискуссий на эту тему, что мужчины ментально пока не перестроились — не могут смириться с тем, что им придётся идти в «женские профессии»: учителя, медбратья, сиделки, социальные работники и т.п. Мы входим в мир стариков, где массово рабочие места будут создаваться в этой сфере.
Хотя постепенно мужская психология тоже понемногу меняется, на очень тяжёлые «мужские профессии» они идут всё меньше. Примером здесь может служить строительная отрасль, всегда отличавшаяся большой занятостью, с преобладанием мужчин. Она как раз трудно поддаётся автоматизации и роботизации — например, в США с 1970-х производительность труда в строительстве даже снизилась. По-прежнему месят бетон, носят газоблоки, варят арматурную связку и т.п. — мужчины. Женщин на этих работах особо не замечено.
Но в развитых странах мужчины-автохтоны не слишком торопятся идти на стройку, везде одна и та же картина — на грязные и тяжёлые работы в этой сфере завозят мигрантов...
Подготовила Марина Мельникова
СамолётЪ