Среда. Село Мякса и Война четвёртой коалиции. О чём нам могут рассказать игры в «живых солдатиков»

29 мая (10 июня) 1807 года у восточно-прусского города Гейльсберга между французской армией императора Наполеона Первого и российской армией генерала от кавалерии Леонтия Беннигсена состоялось кровопролитное сражение. В котором был тяжело ранен русский поэт Константин Батюшков.

30 мая 2025 года близ усадьбы Хантаново, где жил знаменитый русский поэт, на реке Мякса состоялась реконструкция сражения двухсотлетней давности...

Сложно сказать, как на самом деле выглядели настоящие бои XIX века. Наверное, так же хаотично и бестолково, как в фильме «Война и мир», или реконструкция на реке Мякса, отличавшаяся от произведения Сергея Бондарчука меньшим числом действующих лиц и отсутствием монтажных склеек.

Словом, без комментария ведущего мероприятия что-то понять в происходящем было совершенно невозможно. Зато весьма впечатляла пиротехника, заставлявшая зрителей вскрикивать и приседать после каждого очередного «взрыва».

Что касается исторической основы, то бой между французами и русскими под прусским Гейльсбергом был чрезвычайно кровопролитным. Урон французов, которые пытались отрезать и разгромить экспедиционную армию русских составил около 12 тысяч человек. Русские, бившиеся за выживание, потеряли, по разным данным, 6–8 тысяч. Среди тяжёлораненных оказался и сотенный начальник Петербургского милиционного батальона Константин Николаевич Батюшков, будущий поэт, хороший знакомый Жуковского, Пушкина, Вяземского, Гнедича и проч.

Собственно, в память русского поэта и была проведена нынешняя реконструкция — совсем рядом с батюшковским имением Хантаново.

А прусскую реку Алле, которую форсировали корпуса Мюрата, Сульта, Нея, Ланна, заменила мелкая местная речушка Мякса.

Правительство Вологодской области выделило на проведение реконструкции миллион рублей. Щедрость вполне объяснимая — в последнее время на военно-патриотическое воспитание в разных формах денег не жалеют.

Впрочем, сами участники вряд ли об этом думали — им просто было «по кайфу», хотя бы ненадолго выломиться из рутины современности и хотя бы немного пожить чужой жизнью в другом времени.

В исторической реальности более стойкими оказались русские. В реальности реконструкции организованнее и подготовленней выглядели «французы» — это было заметно и по щеголеватости формы, и по строю, и даже по знанию языка. Во всяком случае «Vive l’Empereur» они кричали дружно, что заметно контрастировало с нестройным «ур-я-я-я!» в исполнении другой стороны...

Но «миром кончаются войны», и ещё не успел полностью рассеяться пиротехнический дым, а «реконструкторы» противоборствующих сторон уже вовсю пировали за наспех сколоченными столами полевого «бивака»... Помните:

И слышно было до рассвета,
Как ликовал француз.
Но тих был наш бивак открытый:
Кто кивер чистил весь избитый,
Кто штык точил, ворча сердито,
Кусая длинный ус...

СамолётЪ — СамолётЪ-ТВ