Смерть журналистки. Ушла из жизни директор ГТРК «Вологда» Ирина Черёмушкина

Справедливости ради надо сказать, что в значительной степени «без подзарядки» уже довольно давно работает вся отечественная официальная журналистика. Родившаяся заново, после клинической смерти 1917 года, журналистика в СССР в общем и целом жила по лекалам ленинской статьи «Партийная организация и партийная литература», оставаясь «колесиком и винтиком» одного единого... механизма.

Правда, после смерти Сталина журналистам и изданиям были установлены довольно широкие рамки, внутри которых можно было проявлять талант и самостоятельность. Даже отстаивать какие-то принципы. Принципиальной, например, была возможность критиковать начальство, не покушаясь на начальство вышестоящее.

Руководителей, как правило, со стороны не брали — они, подобно «ведьме» из рязановской «Карнавальной ночи», «выращивались» в своём коллективе. Это правило относилось и к Череповецкой студии телевидения, единственной до конца 1980-х годов в Вологодской области, последним руководителем которой был бывший футболист и спортивный комментатор Виктор Игнатьев, один из моих первых учителей в профессии. Выпускник Высшей партийной школы и просто мудрый человек, знавший всё о том, что может себе позволить советский журналист, а чего позволить себе не может.

Потом была короткая эпоха «гласности», когда казалось, что рамки «партийной литературы» наконец рухнули. И советские газеты уже можно без вреда для пищеварения читать до обеда. По этому поводу, кстати, мы довольно много спорили с Виктором Петровичем, который был опытнее и больше понимал в особенностях Системы, которую так и не удалось сломать до конца ни в 1984-м, ни в 1991-м годах.

Всё это время она мутировала, пока после «спора хозяйствующих субъектов» в 2001 году не стало окончательно ясно: пятнадцать лет безудержной журналистской вольницы, родившей немало блестящих авторов и не менее блестящих изданий, кончились.

Журналистика снова становилась «партийной» — только на этот раз без партии, чтобы служить уже не «делу», а вполне конкретным лицам. В провинции, кстати, это произошло намного раньше, чем в столице. И выразилось это, в частности, в том, что власти перестали доверять журналистским коллективам и стали назначать им руководителей со стороны.

Поначалу это всё-таки были профессионалы — череповчанка Ольга Сторожева, «московский» ингуш Куреш Агасиев, который, надо отдать ему должное, до последнего пытался сохранить уникальное наследие — профессиональную телестудию в Череповце, — и как-то развивать журналистские кадры. Одним из таких «кадров», получивших возможность самореализоваться, стала Ирина Черёмушкина. Она перебралась из Череповца в Вологду. А потом ушла из журналистов во власть — стала сотрудником пресс-службы губернатора.

Чтобы через несколько лет вместе со своим начальником по управлению информационной политики областного правительства Игорем Павловым вернуться на областное телевидение и стать участником процесса его окончательного переформатирования в телевидение вологодское. Череповецкая страница ГТРК «Вологда» окончательно закрылась, здание телестудии, построенное металлургами, в котором начиналась история телевидения на Вологодчине, будет законсервировано, похоже, навсегда.

Четыре года спустя Павлов уедет в Новосибирск — к губернатору Травникову, «реформировать» более перспективное телевидение. А Ирина Черёмушкина останется в Вологде оценивать масштабы перемен и налаживать работу местного ГТРК.

К тому времени кардинальным образом изменится не только телевидение — всё информационное пространство страны, контролировать которое будут уже только власть и деньги. У журналистов останется лишь возможность выбрать, кому из них подчинить своё перо или микрофон. Ну, а личное мнение оставить для блогов. Да и то не всегда...

Трудно сказать, стали ли все эти крутые перемены одной из причин болезни директора областной телекомпании, но то, что ей довелось пережить за последние пятнадцать лет, безусловно, могло сказаться в том числе и на здоровье.

49 лет — совсем не возраст для ухода. Для руководителя это пора расцвета и реализации главных замыслов. И когда смотришь на фото молодой, умной и озорной женщины, которой больше нет с нами, становится безумно жаль, всё что случилось так, как случилось.

Юрий Антушевич
СамолётЪ