И жизнь и слезы и любовь...
![Нотариус Алексей Жгутов](/images/stories/01/you/notarius_jgutov.jpg)
В наше смутное время, когда буквально во всех гранях общественной жизни чувствуется неуверенность, шаткость, временность, остается очень немного точек, на которых человеку все-таки можно найти опору — в числе их семья, любимое дело, и, конечно, закон. Жить по закону — не пустые для нотариуса слова.
![](/images/stories/627-b.jpg)
Мечтатели одиноки (Эрма Бомбек)
— В детстве я хотел стать пожарным. Вообще-то считал, что мое будущее будет связано с армией. И в юридический институт на судебно-прокурорский факультет я поступил достаточно случайно.
После четвертого курса я отработал три месяца в прокуратуре и сразу понял, что это не совсем то, что я хотел бы. Это была работа в большом коллективе. У нее есть свои преимущества, но и сложности. Мне не понравилось.
В то время я уже знал, что готовится проект закона о нотариате. Когда он появился, я сразу обратил внимание на то, что это будет свободная юридическая профессия, и это меня сразу очень привлекло, потому что у меня были мысли стать или адвокатом, или нотариусом. Не скрою, что и финансовый вопрос тоже имел значение. А нотариус находится на самофинансировании, получает доход, многочисленные расходы несет, но в конечном итоге все зависит от него, в том числе — и его материальное благополучие. А, самое главное, он является свободным, независимым.
Я не побоюсь сказать, что в юридической профессии — это один из самых независимых людей. Над нотариусом нет административного давления, он применяет закон, как считает нужным, потому что он несет личную ответственность. Никто ему не может сказать — делай вот так. Только суд. Суд его поправит. В своей работе мы ориентируемся на закон, на свое толкование закона, на судебную практику, которая, порой, не всегда нас устраивает, но тем не менее...
Мне нравится, что надо мной нет начальника, который ко мне придет и скажет — ты сейчас сделай так. Я знаю, что я сделаю, как считаю нужным. И скорее всего это будет правильно, раз я чувствую свою ответственность, в том числе и материальную, в случае неправильных действий. Что же касается спокойной работы, то это на первый взгляд кажется, что нет никаких интриг. У нас работа с людьми, с их кровными проблемами, порой очень болезненными. К примеру, множество наследственных дел. Там страсти разгораются — просто в обычной жизни люди их не видят. А мы являемся их наблюдателями каждый день. И наша цель заключается в этом, как сказал Бальзак: «Увидеть то, что нам не хотят показать, и услышать то, что нам не хотят сказать». Люди не всегда хотят открыть все свои тайны. Но нам и не нужны все тайны. Мы хотим знать только то, что необходимо для нашего дела. Чтоб правильно оформить, чтоб выявить волю человека, чтоб осознать, какая это воля. И, исходя из его намерений, составить такой документ, который потом принес бы ему пользу, помог и, самое главное, потом его защищал.
Судья не верит присягам. Он и сам присягал. (Альберт Юссон)
— Когда нападки идут на суды, на нотариусов, вообще на представителей других юридических специальностей, часто они бывают и обоснованные, и справедливые. Но мы должны понимать, что мы живем еще не в совсем свободной стране. У нас всего 20 лет прошло с того времени, когда свобода была только провозглашена. Люди еще не могут быть свободными больше, чем они свободны внутри себя.Взять любую отрасль — там тоже есть проблемы, их общество критикует и там также идет работа по оздоровлению процессов. Но мы к этому тоже стремимся. Но вот так захотеть и сразу получить, чтобы и судьи стали полностью профессионалами, и нотариусы — нельзя. Однако, я думаю, что-то улучшается.
Не надо забывать, что это процесс общий — общество будет здоровым, тогда и суд и нотариусы будут здоровыми. Ведь профессионалы — они из общества. Они не могут появиться ниоткуда.
Образование стоит денег. Невежество — тоже (Клаус Мозер)
А проблем много. Одна из них — образование. Качественное юридическое образование практически утеряно. Мы каждый год набираем стажеров. К сожалению, уровень очень низкий. И даже сами люди в этом не виноваты. Им такое образование дают в институтах, которые они оканчивают, потому что везде юридические факультеты есть — и в кондитерских техникумах, и в транспортных академиях, и в цирковых училищах... Каждое учебное заведение, какого бы профиля оно не было, считает возможным и необходимым открыть юридический факультет. Соответственно, образование некачественное. А раз так, то человек, какие бы у него хорошие человеческие качества не были, профессиональную помощь оказать не сможет. Это проблема, которую в первую очередь надо решать.Естественно, коррупционные проблемы тоже существуют. Кстати, в нотариате, что бы ни говорили (а есть такое мнение, что нотариусу заплатишь, он все сделает), коррупция — вещь крайне редкая, потому что нотариусу нет смысла участвовать в сомнительных сделках. Потеря места для него намного страшнее, болезненнее, чем взять деньги. Он изначально не нацелен на это, потому что он получает доход от своего честного ежедневного труда. Я знаю нотариусов и в Вологодской области, и многих других. Может быть, не у всех самый высокий профессиональный уровень, но нацеленности на то, чтобы взять деньги и сделать незаконные действия, такого нет.
Закон есть то, что мы разъясняем (поговорка древнеримских юристов)
![](/images/stories/01/you/notarius_media.jpg)
Когда я только начинал работать, законодательство было проще. И в каком-то плане это было даже лучше. Сейчас гражданский оборот растет, совершается множество сделок, законодательство усложняется. И не всегда этот процесс проходит гладко. Очень часто законотворчество не успевает за жизнью, встречаются не просто пробелы в законах — нормативные акты противоречат друг другу, а самое главное, они внутри себя содержат массу противоречий.
Порой мы — практики — сами даже не можем понять, как правильно применить то или иное положение противоречивых законов, а еще и гражданам это тоже нужно объяснить понятным языком. Это большая сложность. Даже если гражданин очень умный и подготовленный. Но мы стараемся, объясняем доступно сложные юридические термины. Не надо людей загружать. Наша обязанность как профессионалов и состоит в этом: проблему услышать, понять, осознать, принять решение и до гражданина довести уже квинтэссенцию, суть. Это и есть задача нотариуса.
Будущее уже наступило (Роберт Юнг)
— Научно-технический прогресс — это неизбежность. К осознанию этого факта мы должны прийти. Если нотариат не будет в этом плане развиваться, нотариус, как профессия, окажется бесполезен для общества. Поэтому гармонично и в короткие сроки «вписаться в информационное пространство» мы обязаны. Это необходимость. У нас уже есть информационные ресурсы, базы данных. Они, конечно, в каком-то еще начальном состоянии. На сегодняшний день не хватает полного законодательного регулирования, есть еще проблема с сохранением нотариальной тайны, и мы должны тут найти компромисс, при котором нам определят четко, что мы в электронные базы данных должны вносить и каким образом мы это должны делать. И как, самое главное, эти сведения защитить. Но это должно быть.Это будет в новом законе о нотариате. В будущем наверняка нотариальные действия будут совершаться при участии цифровой подписи, на электронном носителе будут вестись реестры, чтобы уменьшить бумажный документооборот.
Но и бумага скорее всего останется. Совсем без нее будет не обойтись. Сделки, которые требуют оформления на бумажном носителе — завещание, купля-продажа объектов недвижимости и пр. — останутся. Сохранится потребность в профессионале, который будет присутствовать при сделке, при выявлении волеизъявления сторон. Сейчас многие говорят: давайте на расстоянии. Одна сторона сделки подписала электронную форму, другая сторона и нотариус, находясь в третьем месте, подписали. Так невозможно, потому что без прямого контакта нотариус не сможет выявить истинное волеизъявление сторон сделки. Но все, что касается оформления документов, конечно изменится. Подписали договор, один экземпляр остается у нотариуса и в электронно-цифровой форме хранится на ресурсе, допустим, в федерально-нотариальной палате, он имеет силу. В случае спора, если потребуется почерковедческая экспертиза, всегда можно будет достать письменный документ из архива у нотариуса. А что касается технического оформления всяких запросов в различные органы, допустим, в федерально-эмиграционную службу по проживающим в продаваемых квартирах лицам, в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по обременениям недвижимости, в налоговые органы по выпискам из реестров юридических лиц и получения от этих органов ответов в кратчайшие сроки — это все должно быть в электронном виде. Это все будет облегчать жизнь гражданам и нам работу. И я думаю, когда закон будет принят, это все будет реализовано.
Я надеюсь, что нотариусы быстро к процессу подключатся. Мы уже и сейчас к этому готовимся. В нотариальной палате Вологодской области есть постоянный системный администратор, запущен мониторинг всех компьютерных сетей, выдано предписание нотариусам привести технику, на которой они работают, в соответствии с требованиями нового времени. Мы стараемся уже заранее все предусмотреть, чтобы, когда наступит момент, в краткие сроки подключиться и начать работать по-новому. Будущее в этом. Те нотариусы, которые не могут работать с электронной техникой, они вообще не смогут работать нотариусами.
Уча, учимся (Сенека)
![](/images/stories/01/you/notarius_xix.jpg)
Конкурс на прием в стажеры нотариуса у нас всегда большой. В этом году было 26 заявок. Профессия достойная. Она привлекательная со всех сторон, я не вижу негативных моментов. Конечно, она не для всех. Нужно иметь определенный склад ума, характера. Здесь указаний давать не будут. Здесь могут помочь, можно позвонить коллегам за консультацией. У нас сплоченный коллектив. Но сама суть профессии индивидуальна. Кто бы тебе ни помогал и не подсказывал, но печать и подпись ты ставишь сам. И сам за это будешь отвечать.
Евгения Бессараб
«РМ»
27.03.12.
Фото: «РМ»
Алексей Александрович Жгутов, нотариус г. Череповца и Череповецкого района Вологодской области
![Нотариус Жгутов](/images/stories/01/you/notarius_jgutov1.jpg)
Родился в Таджикистане в семье военослужащего. В шестилетнем возрасте вместе с родителями вернулся на семейную родину — в Вологду. Там окончил школу, работал, а затем поступил в Свердловский юридический институт. После его окончания (уже Уральской государственной юридической академии) служил в армии, работал стажером нотариуса, а затем выдержал конкурс на должность нотариуса в Тотемском нотариальном округе. С 1999 года работает в Череповце.