Дед Мороз как последний довод. Почему власти проиграли информационную войну вокруг вакцинации

Сейчас мы знаем о коронавирусе больше, чем полтора с лишним года назад, но до сих пор недостаточно. Что гораздо хуже — мы не слишком понимаем обоснованность и эффективность действий по борьбе с ним.

Фото: culture.ru

Надо признать, что совсем не воодушевляюще выглядит сообщение о том, что от коронавируса привился «уже даже Дед Мороз» в лесу под Великим Устюгом. Особенно, если оно соседствует в новостной ленте с информацией об очередном «рекорде» по заражению (+34 325 новых случаев коронавируса за сутки), смертей (в минувшую субботу их число перевалило уже за тысячу), а также с признанием депутата Госдумы и главы российской делегации в ПАСЕ Петра Толстого в том, что государство проиграло информационную кампанию по вакцинации. Скорее это диагноз той ситуации беспомощности, в которой оказались одновременно и власть, и общество.

А заявление вологодского губернатора (который, кстати, и рассказал про вакцинацию Деда Мороза), сравнившего антиваксеров с «адептами теории плоской Земли» и потребовавшего прекратить пропаганду в социальных сетях, из-за которой могут погибнуть многие люди, можно считать типичным для представителей российского руководства. Рукотворным образом создающего контролируемый хаос вокруг пандемии, чтобы затем переложить ответственность на кого угодно.

В случае с Толстым «крайними» оказались «ученые и эксперте», которые не проявили должной сноровки для мотивации граждан идти прививаться. В основном же виновными в растущем вале печальных последствий пандемии оказываются сами граждане страны, которых стало хорошим тоном обвинять в «безответственности». В нежелании послушно действовать по методике «мы сказали, а вы делайте».

При этом никого почему-то не смущает, что проявленный населением инфантилизм в отношении вакцинации — это по сути то, чего власть сама добивалась от него долгие годы, подавляя любые проявления гражданской зрелости и ответственности. Они, эти проявления, вероятно, мешали проведению сложных «пассов» внутренней (да и внешней тоже) политики. Зато теперь представители руководства страны и регионов сами принимают позу обиженного, обманутого в лучших чувствах ребёнка.

А ведь, похоже, правы те, кто говорит, что пандемия дала власти прекрасный шанс попробовать вести себя честно. Честно говорить о сложностях, публиковать достоверную статистику с объяснением методики расчётов. Честно делить риски и неудобства со своим народом. Честно отчитываться об успехах и неудачах.

Такое, верное этически и прагматически поведение перед лицом общей беды могло бв существенно повысить рейтинги доверия. К сожалению, видимо, политические игры оказались важнее. Эпидемиологическую ситуацию начальство использовало в качестве инструмента для очередного «запудривания» мозгов, закручивания гаек, а коронавирусные ограничения для бизнеса превратились в новую версию «кошмарящих» проверок и неналоговых поборов.

В результате противоэпидемическая политика Кремля вызывает у граждан непреодолимое желание максимально удалиться от причастности к происходящему. Усталость и тотальное недоверие провоцируют многих махнуть рукой и жить так, как будто никакого коронавируса нет, а есть лишь формальные требования, которые нужно соблюдать, чтобы не нарваться на административное наказание.

Чем больше людей будет придерживаться такой философии, тем более страшные цифры и проценты последствий коронавируса мы можем увидеть в будущем.

При этом на здоровье россиян сказывается не только вирус. Например, директор по проектной деятельности ассоциации «Национальная база медицинских знаний» Андрей Алмазов рассказывает, что на больных коронавирусом колоссальное влияние оказывает танатогенный психологический фактор, возникающий уже самим фактом помещения инфекционных больных в то, что называется «ковидарием» с общими палатами и запретом доступа родственников.

А результаты последнего исследования, выполненного Вологодским научным центром РАН, указывают на то, что коронавирус вообще усугубляет психические проблемы россиян, провоцирует существенный рост тревоги и депрессии, а также суицидальных мотивов. Почти четверть респондентов (а среди жителей столицы — каждый третий) ощущали потребность в психологической помощи. У них значительно выше уровень фобических реакций, соматизации, суицидального риска. Одновременно с этим отмечается отрицательная динамика способности объективно оценивать происходящее и утешать себя, что мешает противостоять стрессу.

Московский НИИ психиатрии отдельно оценивает роль СМИ в ситуации пандемии: «они позиционируют COVID-19 как исключительную угрозу, что усугубляет панику и стресс в общей популяции, провоцирует дебют или рецидив тревожного, обсессивно-компульсивного и посттравматического стрессового расстройства. Массированность телевизионного воздействия может провоцировать не только повышение уровня стресса, развитие симптомов ПТСР и риска самоубийства, но и новых сердечно-сосудистых заболеваний в течение 2–3 лет после стрессового события. Тревога и неуверенность, вызванные инфодемией, в свою очередь способны привести к дополнительному потреблению СМИ, создавая порочный замкнутый круг».

Пандемия продолжает демонстрировать нам, что ждать не намерена, а потому активизировать борьбу с ковидом необходимо уже сейчас, применяя в том числе и нетривиальные подходы. Исключая, конечно, общефедеральный локдаун, который сочтен политически и экономически нецелесообразным. С учётом узости возможностей маневра остаются локальные меры ограничения, мероприятия по проверке качества работы прививочных кабинетов и пресечению роста серого рынка сертификатов о вакцинации. Чрезвычайно важны шаги власти по преодолению недоверия населения, включающие, как разрешение на использование иностранных вакцин, так и адекватные призывы к вакцинации, решительность в ограничении массовых мероприятий и поощрение сотрудников медицинских организаций за работу с коронавирусными больными.

Илья Неведомский
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.