Опасность левизны и «нравственное падение». За что в РПЦ расстригли череповецкого епископа и московского протодьякона

Лишив сана череповецкого епископа Флавиана и протодьякона Кураева, православная церковь поставила знак равенства между нравственным уродством и свободомыслием.

Фото: СамолётЪ

«Глубокое нравственное падение»

О начале конца «баловня судьбы» владыки Флавиана СамолётЪ уже писал минувшим летом, комментируя его отстранение от управления Череповецкой епархией и ссылку в монастырь.

До определённого момента карьера 45-летнего уроженца Саратова епископа Флавиана (в миру Максима Валериевича Митрофанова) развивалась просто блестяще. Исторический факультет Саратовского университета будущий епископ закончил, обучаясь параллельно в духовной семинарии. В конце 1995 года был рукоположен в сан диакона, а через два года — в сан иерея. Был священником нескольких храмов Саратова, преподавателем и проректором Саратовской духовной семинарии. В 2002 году окончил Московскую духовную академию с присвоением ученой степени кандидата богословия за диссертацию на тему: «Жанр Святочного рассказа в русской литературе XIX века».

Осенью 2007 года Максим Валерьевич продолжил службу за пределами России. Был замечен будущим Патриархом Московским и всея Руси Кириллом, а в то время — председателем отдела внешних церковных связей Московского патриархата митрополитом Смоленским и Калининградским Кириллом, — и направлен в распоряжение управляющего Сурожской епархии (территория Великобритании и Ирландии). С 1 декабря 2007 года — штатный клирик Успенского кафедрального собора Сурожской епархии. 25 апреля 2011 года возведен в сан протоиерея.

Летом 2014 года сурожский протоирей оказался в Вологодской епархии, где и получил своё новое имя. 19 августа 2014 года епископ Вологодский и Великоустюжский Игнатий постриг Максима Валериевича Митрофанова в монашество с именем Флавиан. После чего монах Флавиан последовательно становится благочинным приходов Череповецкого округа Вологодской епархии, настоятелем храма Рождества Христова в Череповце, проректором по научной работе Вологодского духовного училища.

И, наконец, 23 октября 2014 года решением Священного Синода Русской православной церкви избирается епископом Череповецким и Белозерским. А через месяц в храме Христа Спасителя торжественно рукополагается во епископа Череповецкого и Белозерского.

Собственные способности, очевидно, недюжинные, твёрдая направляющая рука митрополита/Патриарха Кирилла, проявившего поистине отеческую заботу о судьбе череповецкого епископа, а также поддержка руководителей компании ФосАгро, заботящихся об утверждении православной веры на территории присутствия своих предприятий, сулили владыке Флавиану славное будущее.

Однако же слаб человек и не всегда способен устоять перед дьявольскими соблазнами. В особенности, когда всё в этой жизни даётся ему легко. Вот и из-за блестящей обёртки внешней судьбы епископа в этом году стали глухо прорываться отзвуки мирских страстей. Сообщения об обысках в квартире епископа в Санкт-Петербурге, где якобы обнаружились не только загадочные персонажи, но и следы наркотиков, и даже неких околоцерковных мошенников.

«Людская молва» вместе с протоколами правоохранительных органов, в конечном итоге, дошла до Патриархии и Священного Синода. Последний на своём судебном заседании 29 декабря подтвердил, что епископ Флавиан покровительствовал «обманной, а в некоторых случаях и кощунственной деятельности, имевшей целью получение средств от приходов и прихожан», а также признал наличие неопровержимых фактов, «свидетельствующих о глубоком нравственном падении епископа». На этом основании церковный суд постановил «выразить глубокую скорбь в связи с нравственным и духовным падением епископа Флавиана (Митрофанова).., признать его виновным в действиях и извергнуть из сана».

Последним в приговоре суде содержится призыв к деятельному покаянию и исправлению образа жизни, обращённый к монаху Флавиану. Но, похоже, господин Митрофанов свой выбор уже сделал: покинув назначенную ему местом покаяния Павло-Обнорскую обитель Вологодской епархии прямо во время суда, он отбыл на жительство в Лондон.

«Опасность левизны» в РПЦ

Между решением Синода по делу Флавиана и вынесенным той же инстанцией, в тот же день приговором протодьякону Андрею Кураеву, казалось бы, нет ничего общего. Протодьякон, насколько известно, мужскую любовь не привечал, наркотиками не баловался и особой алчностью не отличался. Предпочитая сочинению финансовых схем духовные искания справедливости.

Но в интерпретации РПЦ откровенная безнравственность одного священнослужителя фактически приравнивается к настойчивым попыткам другого «жить не по лжи» в публичной сфере. Причём, в первом случае для уличения отпетого мошенника потребовалось привлекать свидетельства паствы и органов правопорядка, во втором церковь обошлась собственными силами. Ей не потребовалось прикладывать большие усилия для того, чтобы увидеть в публикациях Кураева «хулу и клевету» на себя.

«Опасность левизны», о которой в своё время писал вождь мирового пролетариата, оказалась актуальной не только для коммунизма, но и православной церкви.

Андрей Кураев заявил, что «избыточная секретность (суда над ним, — СамолётЪ) делает этот суд какой-то пародией на суд» и признался, что встретил объявленный приговор с чувством готовности и назвал его «каноническим убийством», самым жёстким из возможных приговоров церковного суда«.

«Выбор, который встал передо мной, это либо становиться на колени, говорить, что никогда больше не буду высказывать свою точку зрения, а буду только транслировать официоз, либо говорить по своей совести. Для меня важнее второе», — подчеркнул отец Андрей.

Финал схиигумена

К двум первым довольно скандальным случаям в РПУ, пожалуй, следует добавить и третий, без которого картина происходящего в церкви будет не полна. Речь идёт о задержании сотрудниками правоохранительных органов в Среднеуральском женском монастыре бывшего мятежного схиигумена Сергия.

Мерой пресечения суд избрал содержание под стражей — пока на два месяца. Обвинение Сергию предъявлено довольно редкое — «Склонение к совершению самоубийства несовершеннолетнего лица», ст. 110.1 ч.4 УК РФ. На одной из недавних проповедей бывший схиигумен спрашивает у сторонников, готовы ли они «умереть за Россию, за детей, за будущее». При этом присутствуют несовершеннолетние, и аппарат местного уполномоченного по правам детей проявил бдительность, направил куда надо запрос, попросил дать правовую оценку. До этого следователи вяло пытались придумать для Сергия дело об истязаниях, но из этого, похоже, ничего не выходило.

Повод, конечно, со стороны может показаться странным. Вроде бы готовность умереть за Родину — отдать жизнь за царя, лечь на амбразуру и все такое прочее — всегда почиталась у власти высшей доблестью. Но здесь имеют значение коннотации: патриотизм в России засчитывается только согласованный, под присмотром и по инструкции, а самодеятельный полагается вещью скорее опасной и подозрительной. Неизвестно ведь, что именно в таких случаях понимается под Россией, за какой именно идеал собрались умирать патриоты и в борьбе с чем, этот урок власть еще со времен декабристов хорошо усвоила. Вот поэтому и всех «добровольцев Донбасса» стараются держать на приличном расстоянии от власти, а если и допускают до нее, то в тщательно дозированном виде, предварительно убедившись, что бунта против Кремля у них и в мыслях нет. Такие сумасшедшие ортодоксы пугают обе власти сразу: и мирскую, и тесно связанную с ней исторически церковную. Обе не против консервативного фундаментализма, укрепляющего, как считается, основы и режима, и церкви. Но, как справедливо отмечают эксперты, сегодня в России «любой фундаментализм может существовать лишь в тех пределах, которые ему положены, и является лишь политическим инструментом, чего не понял злосчастный Сергий». Врагов для борьбы назначает государство, оно же и командует, когда наступать, когда отступать, а время сильно идейных партизан и тем более диссидентов давно закончилось.

Поэтому, если дело Флавиана для России вообще и РПЦ, в частности, скорее случайное. То дела протодьякона Кураева и схиигумена Сергия — точно нет. Они — такое же следствие зачистки от неугодных элементов пространства церкви, как удаление благодаря новым репрессивным законам максимального количества представителей несистемной оппозиции из политического пространства страны.

Сергей Михайлов
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.