Субботние чтения. «Стояли два товарища» или почему у общества проблемы с «народным единством»

Свой ответ на этот вопрос накануне праздника дал известный писатель Виктор Ерофеев, полагающий, что недавно созданный праздник народного единства, который отмечается 4 ноября с 2005 года, выглядит по-прежнему как заплата на месте красного дня календаря — 7 ноября…

Фото: discoveric.ru

Ерофеев считает, что праздник не прижился и вряд ли приживется, потому что уж больно искусственное это образование.

Особенно по сравнению со всенародно любимым Новым годом или даже с отменённым, но очень честным «красным днём календаря» — праздником 7 ноября, днём «победоносного большевистского переворота» (по официальной советской версии, Великой Октябрьской социалистической революции).

Притом, что переворот в 1917 году случился и преждевременно, и неудачно, пишет Ерофеев, сам протест против капитализма заслуживал памятного дня. Вряд ли этот, почти повсеместно победивший общественный строй, основанный на жестокой борьбе корпораций, можно считать «гимном человеческой природе».

Но с точки зрения чистой политической прагматики, замена 7 ноября «заплаткой» Дня единства была верным шагом в борьбе с коммунистами, убеждён писатель: «Коммунисты потеряли государственный праздник — их приподняли над землей, как Антея, и, лишившись опоры, они навсегда ушли в прошлое в том виде, в котором они сильно замучили наш народ (даже если это, повторяю, не все поняли до сих пор)».

Но праздничная заплатка в виде 4 ноября страдает многими изъянами. И дело не только во взаимных обидах с поляками, по иронии истории, оказавшимися в ноябре 1612 года в московском Кремле.

Ерофеев вспоминает точку зрения, согласно которой 4 ноября — это день отказа России быть вместе с Европой, день военного противопоставления Европе. «Потребуется около 100 лет, — пишет он, — чтобы Пётр Первый понял значение европейской цивилизации и прорубил в Европу окно. А кто заколотил его? Не Минин ли с Пожарским? Никто не отрицает, что поляки были приглашены боярами занять московский престол, то есть нашими же соплеменниками, у которых было свое представление о прогрессе и патриотизме».

То есть сегодняшний символический день можно рассматривать и как выбор особой цивилизации, склонной к единовластию, самодержавию, нередко к деспотизму, который, естественно, не служит народу, а требует полного подчинения. В этом смысле праздник 4 ноября более, чем актуален. Правда, предрекает Виктор Ерофеев, этот праздник, как любое конъюнктурное, ситуативное образование его, когда-нибудь отменят, как отменили «красный день календаря» (7 ноября). Но на месте «Дня единства» скорее всего никакой новой заплаты уже не будет.

А вот, что касается реального народного единства, то это, с грустью констатирует автор, пока всего лишь благое пожелание:

«С тем же успехом можно пожелать осени быть весной. Дело в том, что у нас на протяжении 100 последних лет дважды уничтожались основные человеческие ценности. Первый раз именно в результате 7 ноября 1917-го рухнули органические ценности русской книжной и бытовой культуры. Как очевидный пример этих ценностей можно привести семейство Ростовых. Второй раз ценности рухнули в 1991-м. Это были советские ценности, навязанные большевиками, но в конечном счете кое-как усвоенные народом и вошедшие в национальное сознание.

Мы оказались в ледяном море разбитых ценностей. Каждый выплывал по своим способностям. Вот почему возникла тема сильно разобщенного общества. У каждого свой процент индивидуально выбранных ценностей от демократии до монархизма, от атеизма до православия. Я не уверен, что у нас есть хотя бы два человека с полностью одинаковыми ценностями и, соответственно, с их общей интерпретацией».

И в ситуации такого ценностного, этического «разброда и шатания» не в состоянии помочь даже накрывший нас всех в телевизоре «колпак пропагандистского оптимизма». «До реального народного единства — дорога длинная, как в песне, пишет Ерофеев. — Кровь мешает. Мешает кровь жертв революций, жертв репрессий, жертв гражданских войн. Мешает ложь. Мешают разные представление о будущем страны — порою диаметрально противоположные. Делать вид, что можно соединить коня и трепетную лань, полагается лишь по особому заданию».

Но пожилой, мудрый писатель советует не печалиться и тем более не отчаиваться. У нас всё ещё есть, что праздновать. Есть «семейный, снежный, радостный праздник — Новый год». Есть весенняя Пасха — «день человеческой надежды на то, что в жизни есть смысл». И есть День Победы, «вот уж действительно „со слезами на глазах“, который уравнял в исторических правах живых и мертвых защитников нашей страны».

Пока что хватит...

Кстати, хорошей проверкой на отношение российского народа к Дню единства может стать результат «социологического эксперимента», затеянного Государственным историческим музеем. Музей открыл кампанию по сбору средств на реставрацию московского памятника двум главным действующим лицам 1612 года Кузьме Минину и Дмитрию Пожарскому, поставив целью собрать 46 млн рублей. И сама инициатива, и ее исход как нельзя лучше иллюстрируют тот зазор, который существует между пропагандистским использованием отечественной истории и желанием всерьез хранить традиции и помнить прошлое. Пока ответ есть, но робкий: по состоянию на прошлый понедельник было собрано около 2,4 млн рублей.

Читал Сергей Михайлов
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.