Уроки керченской бойни: если нет денег на зарплату учителям — придётся тратить больше на усиление охраны в школах

Две трети участников недавнего опроса ВЦИОМ считают, что предотвратить такие бойни могло бы усиление охраны в школах и колледжах, и безопасности в стране в целом. Хотя известно — охрана школ не смогла предотвратить ни одного из нападений последнего времени — ни в России, ни за рубежом.

Фото: youtube.com

Такие ответы — это показатель испуга и отчасти повторение того, что говорят СМИ, силовики и депутаты. Но в целом у людей это нормальная первая реакция на преступление, которое разрушает представление человека о безопасности в мире, считают психологи.

Именно так отреагировали, например, городские власти Череповца, обратившись к губернатору региона с просьбой выделить из областного бюджета средства на обеспечение безопасности в школах. А начальник управления образования мэрии Лина Коробейникова напрямую связала их обращение с трагедией в Керчи.

По словам Коробнйниковой, городу необходимо 86 млн руб., чтобы «привести все учреждения в соответствие с требованиями безопасности». Правда, тут же госпожа Коробейникова добавила, что «наши психологи, классные руководители, родители в первую очередь должны обращать внимание на то, в каком состоянии находятся дети».

То есть, мы понимаем, что хоть рука хватается за пистолет или рамку металлодетектора, разум всё-таки подсказывает, что не здесь главный выход из ситуации, что эти меры создают лишь ложное чувство защиты. Но, похоже, голос разума пока всё ещё слишком слаб.

Выявить всех потенциальных преступников едва ли возможно. Специалисты считают, что стремиться надо к снижению рисков возникновения таких трагедий за счет снимания агрессии в обществе, повышения доверия и изменения подходов к образованию.

В российском обществе агрессия зашкаливает и «проплескивается» через тот возраст, который психологи всегда называли возрастом бури и натиска, считает завкафедрой психологии личности факультета психологии МГУ Александр Асмоло: «Когда для каждого подростка главное — утверждение себя, чтобы его заметили и увидели, это ключевые характеристики поиска своего „я“ в сложнейшем из возрастов. Когда эти поиски фрустрируются, когда подростковая жизнь совпадает с непонятностью в жизни страны, резким ростом неопределенности того, что будет не то что завтра, а через час, все это приводит к колоссальной невротизации и вспышке тревожности».

Кроме того, на умах подростков безусловно сказывается общественная экзальтация, которую мы наблюдаем в последнее время. Политолог Константин Калачев полагает, что мы имеем дело с возведением дерзости в абсолют в том числе и в масштабах государства: «Наша страна ведет себя дерзко на мировой арене, и очевидно, что в последние годы насаждались ценности, которые кто-то может воспринимать как культ силы».

Парадоксальным образом в опыте того же Череповца просьбы у власти о выделении дополнительных средств для защиты от агрессивных школьников (а от кого ещё можно защищаться в обычной городской школе?) сочетаются с санкционированным той же властью «напичкиванием» боевой техникой городского парка Победы. В котором, по замыслу создателей, общение детей с танками и ракетными установками должно воспитывать в подрастающем поколении патриотизм и готовить его к защите Родины.

Однако опыт Родины, кажется, уже доказал, что победить Россию извне невозможно, зато только в прошлом веке она дважды, практически до основания разрушалась изнутри.

И очевидно, за этими катастрофами стоят внутренние проблемы страны, в том числе главная — проблема общественных связей, ценностей, включая доверие, проблема образования, в рамках которого и должны рождаться личности, способные доверять другим и вызывать доверие у окружающих.

Но, как мы все давно знаем, образовательные учреждения в России выполняют скорее функцию социального контроля, чем воспитания. Государство требует от них в первую очередь показателей успеваемости, ЕГЭ и различную отчетность.

Между тем передовой опыт европейских стран, например, Финляндии, показывает, что упор нужно делать не только на чистые знания, но и на социальные навыки, на умение общаться в коллективе. В таком случае заметны и рост доверия в отношениях между учащимися и с преподавателями, и снижение рисков насилия.

Важным шагом в этом направлении, убеждены многие эксперты из сферы образования, могло бы быть повышение статуса учителя. В той же Финляндии это хорошо оплачиваемая, престижная профессия.

В наших же условиях (это мнение многих) преподаватель — скорее неудачник, который не может рассчитывать на достойный заработок, а поэтому должен быть благодарен и власти, да и родителям за шанс реализовать свое призвание.

Кстати, сегодня Самолёту, благодаря ОНФ,стало известно, что воспитатели детсадов так и не дождались исполнения майских указов Путина. Подробнее об этом читайте на нашем портале...

Сергей Михайлов
СамолётЪ

Поделиться
Отправить

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.